Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
В это время Базаров говорил с Аркадием о поездке в город, а потом к родителям: «надо стариков потешить».
Двенадцатая глава. Аркадий наносит визит Матвею Ильичу Колязину знатному родственнику Кирсановых, который прибыл в город, чтобы расследовать «распри» «губернатора из молодых, прогрессиста и деспота».
Матвей Ильич тоже «считался прогрессистом», «метил в государственные люди», о себе был высокого мнения, но «держался просто» и «на первых порах мог даже прослыть за «чудного малого» Он был ловкий придворный в делах толку не знал, ума не имел, а мог вести свои собственные дела: тут уж никто не мог его оседлать».
Он посоветовал Аркадию съездить с визитом к губернатору «на поклон», сообщил, что в его честь губернатор даёт бал, и Аркадию нужно познакомиться с здешним обществом.
Появился слуга, доложивший о приезде председателя казённой палаты старичка, «который чрезвычайно любил природу, особенно в летний день, когда, по его словам, «каждая пчёлочка с каждого цветочка берёт взяточку».
Вместе с Базаровым, которого Аркадий застал в трактире, они отправились к губернатору, получили приглашение на бал, а по пути домой встретили человека «небольшого роста, в славянофильской венгерке», который бросился к Базарову. Это был Ситников, представившийся Аркадию как «старинный знакомый» Базарова, «его ученик». Он предложил приятелям отправиться к Евдоксии Кукшиной «передовой» женщине, «свободной от предрассудков», заверил, что будет шампанское.
Тринадцатая глава. Авдотья Никитишна Кукшина «проживала в небольшом дворянском домике на московский манер». Это была «молодая, белокурая, несколько растрёпанная, в шелковом не совсем опрятном платье» дама. Она встала с дивана, на котором лежала, пожала руку Ситникову и, устремив глаза на Базарова, сказала, что знает его. «Базаров поморщился». Кукшина говорила и двигалась как-то «очень развязно», всё, что она делала, получалась у неё «не просто, не естественно». Приказав распорядиться «насчёт завтрака и шампанского», она сообщила, что, как и Базаров, занимается химией и даже «выдумала одну мастику». Почти сразу она задала Базарову несколько вопросов, но при этом ответы её не интересовали.
Кукшина приказала Базарову сесть рядом с ней и начала рассуждать о своих планах (поездке за границу) и знакомых. Отвечая на вопрос Базарова, есть ли в городе хорошенькие женщины, она назвала их «пустыми», но выделила одну: «Одинцова недурна. Жаль, что репутация у ней какая-то». Ситников обещал представить её Базарову: «Умница, богачка, вдова».
Завтрак продолжался долго. Евдоксия и Ситников болтали «без умолку». Наконец, Кукшина принялась петь и «стучать по клавишам расстроенного фортепиано». Первым не вытерпел Аркадий, Базаров, громко зевнув, вышел вместе с ним, не прощаясь с хозяйкой. Ситников, расхваливая «замечательную личность» выскочил за ними.
Четырнадцатая глава. На балу губернатора Кукшина появилась «в грязных перчатках, но с райскою птицею в волосах». Аркадий и Базаров наблюдали происходящее, поместившись «в уголке». Вдруг лицо Ситникова изменилось, он увидел Одинцову: « женщину высокого роста, в чёрном платье Она поразила (Аркадия) достоинством своей осанки спокойно и умно глядели светлые глаза и губы улыбались едва заметною улыбкою». Базаров тоже обратил внимание на Одинцову: « На остальных баб не похожа». Ситников представил ей Аркадия, Услышав его фамилию, Одинцова сказала, что много слышала о его отце.
Она «была немного старше Аркадия (ей пошёл двадцать девятый год)», но он чувствовал себя школьником, не мог найти нужных слов для разговора. Однако спокойствие Одинцовой понемногу передалось и ему. Когда она спросила, с кем он стоял до того, как Ситников подвёл его к ней, Аркадий «принялся говорить о своём приятеле с таким восторгом, что Одинцова внимательно на него посмотрела».
Она пригласила Аркадия с Базаровым в гости, сказав, что ей «будет очень любопытно видеть человека, который имеет смелость ни во что не верить». Базаров согласился: «Кто бы она ни была просто ли губернская львица или «эмансипе» вроде Кукшиной, только у неё такие плечи, каких я не видывал давно». Цинизм Базарова покоробил Аркадия, но упрекнул он его за другое:
Отчего ты не хочешь допустить свободы мысли в женщинах!
Оттого что свободно мыслят между женщинами только уроды.
Приятели не обратили внимания на Кукшину, и это уязвило её самолюбие.