Всего за 59 руб. Купить полную версию
У меня сейчас, слава богу, дело более верное, солидное. Бумажное дело, то есть я торгую "бумажками". Ты, конечно, спросишь, как я попал в Егупец? Должен тебе, дорогая моя жена, рассказать целую историю и просить не обижаться за то, что я так долго не писал. Просто не о чем было писать. К тому же я рассчитывал, что вот-вот еду домой, и бог свидетель, как тянуло меня домой, но, видно, предначертано свыше, чтобы я очутился в Егупце и торговал "бумажками". Клянусь тебе, дорогая моя, своей жизнью, что я уже в вагоне сидел, ехал в Касриловку. Так вот, надо же было мне встретиться с одним одесским спекулянтом, который едет в Егупец. Чем он занимается в Егупце? спрашиваю. Он, говорит, торгует "бумажками". Что значит "бумажками"? "Бумажки", - объяснил он, - это не "Лондон", который зависит от Берлина, от Бисмарка и от английской королевы.
"Бумажки" - это такое дело, которое зависит только от Петербурга и от Варшавы. И еще одно достоинство: это вещь, которую можно видеть, нащупать руками, не то что "Лондон", который не больше, чем фантазия, сон... Затем он стал мне расхваливать город Егупец и тамошних спекулянтов: это совсем другие люди, - говорит он, - деликатные люди! Он, говорит, не даст десять битых одесситов за одного егупецкого биржевика! Словом, человек этот так меня разохотил, что я решил: ведь я же все равно еду мимо Фастова, - дай-ка заодно съезжу в Егупец - посмотреть здешнюю биржу и здешних дельцов. И попал я как раз в такое время, когда на бумаги идет ужасный "бес", а "премии" продают за полцены. Много денег вкладывать не нужно, вот я и решил - сыграю разок, авось, бог милостив, заработаю, и будет у меня на расходы. И бог смилостивился, "бумажки" поднялись, я продал свои "премии" с прибылью, купил еще парочку "премий" и снова заработал, сколотил добрых несколько сотен и - как раз наличными. Тогда я подумал: зачем мне платить кому-то "премии", - лучше я сам себе "ангажирую"* наличные "бумажки"! Обратился через контору в Петербург и составил себе "портфель" из самых различных "бумажек": "Путивль"*, и "Транспорт", и "Волга", и "Мальцевские", и тому подобные акции, которые растут в цене, и я, слава богу, тоже расту! Но так как у меня сейчас нет времени, то пишу тебе кратко. Бог даст, в следующем письме напишу обо всем подробно. Пока дай бог здоровья и удачи. Кланяюсь сердечно деткам, а также тестю и теще.
Твой супруг Менахем-Мендл.
Главное забыл! Когда будешь писать, пиши мне на мое имя в Бойберик*, потому что в Егупце мне жить нельзя*. Поэтому я целыми днями верчусь на Крещатике возле биржи, а вечером еду в Бойберик. Там живет вся компания биржевиков. Живут на дачах, ночи напролет играют в карты (мужчины и женщины вместе, - такой здесь порядок...). А рано утром все спешат в Егупец, а вместе со всеми и я.
Тот же.
II
Шейне-Шейндл иа Касриловки - своему мужу в Егупец
Моему почтенному, дорогому, именитому, мудрому и просвещенному супругу Менахем-Мендлу, да сияет светоч его!
Во-первых, сообщаю тебе, что мы все, слава богу, вполне здоровы. Дай бог и от тебя получать такие же вести в дальнейшем!
А во-вторых, пишу я тебе, дорогой мой муж, чтоб враги мои были так в силах жить, как я в силах писать тебе письма. Я еле ноги волочу, мне еще, чего доброго, потребуется "реперация", - так говорит наш новый доктор - горе ему и все казни египетские!* Он надеется из меня деньги выкачивать! А от чего, думаешь, все это у меня? Только от досады, от сердечной боли. Помилуй, - я посылаю тебе на расходы и наказываю, чтобы ты приехал домой, а ты уезжаешь в Егупец, - разве не заслужил ты, чтоб тебя живым в землю зарыли! А позор какой! Людей стыдно! Как мать говорит: "Сморкай нос да размазывай по роже...