Всего за 100 руб. Купить полную версию
О чём мы разговаривали?
Об информации.
А, да, помню, ты что-то хотел узнать, Носик наконец-то сфокусировал на мне зелёный взгляд8. Спрашивай!
Носик, скажи, где находится розовая сторона?
Где находится розовая сторона? повторил Носик.
Но он повторил это не мне. И тут я услышал те самые голоса (или голос), которые звали Вилькельма. Но только звук шёл из коробочки-носика: «Розовая сторона. Одна из семи сторон света. Находится между алой и фиолетовой сторонами».
Понял? это уже Носик мне говорит.
Нет, конечно, а где алый и фиолетовый? это я у Носика спрашиваю.
А где алый и фиолетовый? это Носик повторяет своему носику.
«Алый и фиолетовый основные цвета света, разделённые розовым». «Алый и фиолетовый насыщенная палитра, объединённая красным оттенком». «Смешать алый и фиолетовый цвет фуксии». Вот! обрадовано произнёс Носик без коробочки, теперь понял?
Что понял? я этих Носиков обоих готов был утопить. Что тут можно понять?
Ну, смотри, Носик, который не коробочка, плавно взмахнул конечностью, и я просто оторопел
Вокруг меня поплыли и стали плавно переливаться совершенно невероятные цвета. Я никогда раньше не видел такие. Причём в направлении каждого цвета от нас с Носиком мерцали какие-то бесконечно стремящиеся, но не убегающие никуда стрелочки. А по ним прыгали какие-то удивительные закорючки! И всё это великолепие сопровождала тонкая, едва уловимая мелодия. Да, да! Это не был просто звук! Из звуков как будто тоже сплели какой-то узор. И я сразу подумал почему-то: «Мелодия!» Просто фантастика! Я, наверное, тоже впал в транс. Я совершенно не помню, сколько времени продолжалась вся эта феерия. Но всё-таки мало-помалу к моему рту стали пробираться слова: «А где же Вилькельм? И где именно розовая сторона? И как называются эти удивительные цвета? Носик, какой из этих цветов розовый?» Я растопырил смотрелки, чуть-чуть прижал локатор и закричал что есть мочи:
Носик! Носик! Где розовая сторона?
Но вокруг продолжалось видение, и не было никакого Носика. И никто не отвечал на мои вопросы. Только вдруг я заметил, что одна стрелочка стала как-то настойчивее, ярче и начала удлиняться. «А, была не была», решил я и побежал что было сил в ту сторону, куда указывала эта самая стрелочка Очень скоро видение ослабело, как-то расплылось, потускнело, музыка пропала, и я увидел снова тот же самый зелёный мир. Я продолжал бежать, бежать, стараясь никуда не сворачивать. Думать было трудно, потому что, кажется, ртом я не только думал, но ещё и дышал. А дышать и думать одновременно, было невозможно. И я бежал и дышал, дышал и бежал! А вместо мыслей я слышал своё сопение и даже иногда какой-то свист. И я зажмурил смотрелки, потому что все силы нужны были конечностям, чтобы бежать всего меня! Но я успел подумать, что если меня никто не зовёт словом, это не страшно мне могли показать дорогу туда, где меня ждут! Пусть этот непонятный блестящий носик говорит странными голосами и чудными закорючками, но я его понял! Он показал мне дорогу, когда я спросил: «Где розовая сторона?» Я это знал. Знал! Я правильно бегу туда, куда указывала стрелочка, потому что цвет-то я не запомнил! Я так и не знаю: какой это цвет розовый!
Я вдруг остановился как вкопанный. А ведь точно я даже и не знаю, куда бегу. Ну, не в том смысле, что А в том, что когда я прибегу уже, то как об этом догадаюсь? Носика у меня нет. Розовый цвет я не запомнил. И вообще, зачем мне эта розовая сторона? Я разожмурился и стал оглядываться. Сторон семь. Так сказал носик-коробочка. Ещё он сказал, что есть алая, розовая и фиолетовая. И ещё, наверное, какие-то тоже. Раз семь. Семь это не три. Я стал медленно поворачиваться вокруг своей спины, пристально вглядываясь вдаль. Я хотел рассмотреть стороны света. Я даже смотрел над своим локатором. То есть не смотрел, а попытался посмотреть куда-то вверх, но ничего не получалось, потому что над своей головой я видел только свой локатор или сразу падал, потому что локатор начинал меня перевешивать. А где Свет? Вокруг впереди и сзади? Или вокруг вверху и внизу? У меня всё завертелось вокруг головы, я забыл, откуда прибежал. Я сел, вытянув уставшие конечности, а потом совсем лёг. Розовый это не алый и не фиолетовый. Значит, они должны отличаться. А значит, я должен увидеть, где закончился один и начался другой. Но я ничего не увидел. То, что я считал цветами, было расположено пятнами, полосками, крапинками и какими-то рваными неровными кусками. И на стороны света всё это не было похоже.