Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
Придётся немного подождать, перед вами пациент опоздал.
Я в принципе не спешу никуда, потому что бездельник безработный, попытался он развеселить девушку, а может, и себе немного приподнять гнусное настроение. Он достал из рюкзака приготовленную на подарок врачу свою книжку. Вот, посижу в коридоре, классику пока почитаю.
Приобщаться к классике ему пришлось минут пятнадцать, после чего он хотел возмутиться и сказать на ресепшене, что так нельзя относиться к пациентам, которые платят деньги. Негодование и впрямь стучало учащённым пульсом в висках и давило в затылке, а по макушке бегали мурашки. Он и так чувствовал себя не очень хорошо из-за погоды, разболевшейся после длительной ходьбы травмированной ноги и пониженного атмосферного давления. Но тут из кабинета кардиолога вышел довольно молодой человек замученного вида. Артём встал, чтобы пройти в дверь согласно очереди. Однако в коридоре завыла сирена, и из дальнего кабинета выскочила начальственного вида тётенька. Улыбаясь, она приносила извинения находящимся в ожидании пациентам, уверяя их, что ничего страшного не случилось, это головное начальство решило неожиданно провести учебную эвакуацию. По легенде, поступили данные о минировании помещения и необходимо всем выбираться на улицу. Неожиданность было известна персоналу ещё с утра, а вот пациентам и впрямь получился сюрприз. В компании с персоналом и составляющими очередь, Артём вышел на крыльцо. Большая часть врачей при этом не упустили возможности покурить. Вышла и заведующая в наброшенном на плечи пальто, тоже закурила и вкрадчиво сказала, что начальство у них стебанутое, но надо потерпеть минут пять, не более. Ибо всё это долго не продлится. Тут появился молодой охранник и прокричал: «Отбой»! Сопроводив радостную весть ещё одним не самым литературным словом. Народ даже не успел докурить. Потому ехидно стал хихикать и возмущаться: уж объявлять тревогу, так по полной программе.
Ну всё, работать, работать, засуетилась начальница, туша о консервную банку половину сигареты. И, повернувшись к Артёму, добавила: Вы уж извините.
Ничего, я привычный. Ну, видимо, сегодня не мой день, как говорят американцы, ответил он.
Ему пришлось просидеть ещё пятнадцать минут возле заветной двери, пока по коридору опять не прошла начальница. Увидев его, она удивилась, вошла в кабинет кардиолога и грозно воскликнула: «Вы что? Вас пациент уже полчаса ждёт! и, далее, Артёму: Проходите, пожалуйста».
Он вошёл, пропустив выходившую навстречу из кабинета женщину, и увидел дожёвывающего чего-то врача, невысокую и не очень молодую женщину.
Приятного аппетита, конечно, но я уже собирался уходить, возмущение ещё больше запульсировало в висках. То в войнушку играете, то обедаете
Извините, я думала, вы ушли ещё раньше, до тревоги. Я все учения в кабинете просидела, решила, что вы расстроились и ушли, не дожидаясь
Пульсация в висках усилилась и дошла до вибрации и спазмов. Видимо, невозмутимость жующего кардиолога и его пофигистский тон ещё больше подняли артериальное давление. А тут ещё доктор, стряхнув рукавом крошки со стола, попросила его левую руку для измерения этого самого давления.
Мне бы ЭКГ сделать, показал он взглядом на стоящую рядом кушетку и измерительный аппарат. Мне бумажка для операции по замене хрусталика нужна.
Подождите, сначала давление измерим, порядок такой, она накачивала грушей воздух в манжету тонометра.
Глаза её округлились. Артём следил за взглядом доктора, и сам прифигел от увиденного, но виду не подал. Стрелка на приборе дёрнулась на цифре двести восемьдесят! То есть систолическое, в простонародье верхнее давление более чем в два с половиной раза превышало норму. Показатель нижнего диастолического он даже не стал себе запоминать, стрелка перестала двигаться рывками где-то в районе показателя двести миллиметров ртутного столба.
Вы давно прибор проверяли? спросил он врача. Вы же понимаете, что человек с таким давлением не может спокойно сидеть перед вами. Он, как минимум, должен валяться на полу с инсультом. Я знаю о своих проблемах с давлением. Так сказать, бурная молодость и очень активная. Но не двести восемьдесят же!
Вы сами заметили. Если не верите, давайте возьмём другой тонометр. Вы как себя чувствуете? Нет обморочного состояния?