Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Христос воскресе, детка! и поцеловала три раза.
Да и кругом все целуются. Смешно и весело! совсем особенно как-то! Сияющими глазами смотрит Тася вокруг, поют певчие так радостно, старенький священник уж не раз выходил из алтаря и говорил всем:
Христос воскресе!
И вся церковь отвечала ему:
Воистину воскресе!
И Тася тоже говорила, сначала тихонько, потом во весь голос радостно крикнула, так что дама, стоявшая рядом, поглядела на неё и улыбнулась.
Заутреня кончилась, и хоть Маня и просилась остаться на обедню, мама забрала детей и уехала домой.
Ярко горели лампы во всех комнатах, точно ждали гостей. В столовой кипел самовар. Мама поспешила усадить Тасю за стол, кругом шумели и говорили старшие, звенела посуда, но Тася вяло всё ниже клонила головку, и ей трудно было даже пить свой чай.
Едва помнила она, как пришла няня и увела её спать.
Зато наутро проснулась Тася раньше всех, даже няня ещё сладко посапывала в своём уголке. Села Тася на кроватке, весело оглянулась кругом.
Сегодня Пасха! сказала она себе тихонько, улыбнулась и, как была, в длинной рубашечке, босиком, осторожно перебежала в «своё царство» на ковёр, где тоже крепко спали ещё все игрушки.
И вдруг радостно пискнула и поспешно наклонилась к кукольному низенькому столику: пасочка на нём стояла крошечная и тоже с цветочком наверху, куличик с кулачок и яички пёстренькие сахарные на блюдечке.
Не феи ли добрые здесь ночью побывали?! Знает Тася, какие феи!
Вот праздник и для её деток! Пора их будить!
Первого взяла Мишу старенького, вынула его из кроватки, где под вязаным одеяльцем спал он вместе с фарфоровой собачкой. Поцеловала его три раза в облезлую любимую мордочку и нарядила в чистую, красивую рубашечку, что чисто выстирала и выгладила няня уж несколько дней тому назад. Посадила к столу и дала ему яичко самое крупное.
Рядом хотела поставить собачку, да вдруг вспомнила и так и застыла с протянутой рукой Ведь её она обещала отдать Коле, если приведётся попасть на заутреню
Неужели же так и отдать? Ах, как жалко! Может быть, оставить? Ведь никто не знает?
Поставила собачку около Мишки, вон ей тут как уютно, и Миша её любит. А Коля только разобьёт, пожалуй. Пусть уж стоит никто не узнает!
Потом кукол подняла, одела в лучшие платья и вокруг стола рассадила. Красиво вышло так, что хоть картину пиши. Только на собачку старалась не смотреть: неприятно как-то было
А тут и няня проснулась, подивилась на Тасю и потащила её одеваться. Вбежал Коля.
Таська, ты встала? Одевайся скорее, будем после чаю яйца катать[27]. И Петя обещал прийти, я просил пораньше!
Сейчас, сейчас! ответила Тася, не глядя на брата.
«Отдай собачку! отдай собачку!» настойчиво твердил ей внутри какой-то голос.
ВБЕЖАЛ КОЛЯ: «ОДЕВАЙСЯ СКОРЕЕ, БУДЕМ ПОСЛЕ ЧАЮ ЯЙЦА КАТАТЬ»
«Не отдам», упрямо ответила ему Тася и даже головой тряхнула.
Ай-ай! сейчас же закричала она, потому что в это время как раз няня чесала ей волосы. Ай, няня, зачем ты меня дёргаешь?
Сама, матушка, головой трясёшь! Нешто я тебя дёргаю? удивилась няня.
Конечно ты! сердито ответила Тася.
Али с левой ножки встала? усмехнулась няня. Зачем в такую рань поднялась, спала бы!
Немножко надутая вышла девочка в столовую, но вид нарядного стола опять развеселил её.
Вошла мама, ещё раз похристосовалась и подарила огромное красное яйцо, а в нём курочки, цыплятки и красивый, длиннохвостый петушок. Расставила их Тася вокруг чашки своей, покрошила кулича немножко и сама за чай принялась.
Какая ты сегодня беленькая, чистенькая! ласково сказала ей мама. Старайся, чтобы и на душе у тебя было так же хорошо, не ссорься ни с кем, не капризничай!
Тася потупилась, покраснела, и невкусным вдруг стал кулич с миндалём и изюмом.
Все понемножку разошлись из-за стола, а Тася всё сидела и задумчиво крошила корочку.
Таська, что же ты? Иди же! позвал её Коля.
Отстань! ответила она ему, соскочила со стула и побежала искать маму.
Мама была в кухне и совещалась о чём-то с Дашей.
Мамочка, тронула её Тася за руку, а мамочка! Если кто обещал, так надо непременно чтобы сделал?
Да, да, непременно! скороговоркой ответила мама, на минуту переставая говорить с кухаркой.
А если кто не сделает, так он плохой? Даже если никто не узнает? Да? настойчиво допрашивала Тася, теребя мать за руку и стараясь снизу заглянуть ей в глаза.