Всего за 220 руб. Купить полную версию
Минут через пятнадцать после того, как необычные посетители покинули Лешкину квартиру, очухался тот, которого назвали Костей. Он попытался подняться, но с первого раза не получилось. Прислонившись к стене, Костя предпринял попытку что-то сказать хозяину квартиры, но тот не стал слушать, только бросил:
Тебе пора, у меня не гостиница.
Еще через два часа, когда я уже выслушал рассказ друга о произошедших событиях, в дверь позвонили и в комнату вошел парень.
Привет, Боря, как со старым знакомым поздоровался Леша.
Вот, гость протянул конверт. Это Геннадий Анатольевич тебя благодарит. Маринку отвезли в больницу. Всё нормально.
Лешка не шелохнулся.
Это деньги, благодарность, значит. От
Я понял, понял, перебил Лешка, взял конверт и положил его во внутренний карман Бори. Благодарность это искренне сказанное спасибо. А деньги это купля-продажа. Передай своему шефу, что я здоровьем и жизнью детей не торгую.
Потом легонько подтолкнул сбитого с толку посыльного в сторону выхода.
Уже поздно вечером, когда я собирался домой, в дверь снова позвонили. На пороге стоял крупный мужчина, и я понял, что это и есть Геннадий Анатольевич. Он мельком взглянул на меня и обратился к моему другу:
Я не понял, я что, мало дал?
Мало, спокойно ответил приятель.
А сколько ты хочешь? в голосе послышался напор.
«Спасибо» будет достаточно.
В смысле? спросил уже без агрессии Геннадий Анатольевич.
В том смысле, что за спасение ребенка я не могу брать деньги. Достаточно спасибо сказать. Или ты думаешь, что если бы у тебя не было ни копейки, я бы не помог?
Гость тяжело вздохнул, прошел в знакомую комнату и сел в то же кресло.
Можешь дать воды? попросил он.
Жадно выпив полный стакан, вытер сухое лицо ладонью, как будто стирал пот. Потом посмотрел на Лешку и сказал:
Извини. Может, я того Спасибо, в общем Потом посмотрел на меня и добавил: У тебя хороший друг.
Я знаю, улыбнулся я.
файл.5
Всё, что я рассказываю про моего друга, я делаю исключительно для того, чтобы ты, уважаемый читатель, не сомневался в его существовании и принимал те странности Лешки Былина компьютерного гения и замечательного человека, которые могут поставить под сомнение дальнейшее повествование, кажущееся на первый взгляд фантастическим даже мне, его участнику. Но я уверен, что и в фантастике достоверность не менее важна, чем в реальности.
Сами посудите, допустим, вам на глаза попалась такая заметка: «На планете, что расположена на удалении двести тридцать световых лет от Земли, мне в руки попалась двухрублевая купюра 1961 года. Странно было встретить в месте, до которого самым современным кораблем добираться минимум три недели, такой раритет».
И что скажет читатель, прочитав этот отрывок? Скорее всего, вспомнит, что в 1961 году не печатали двухрублевые купюры, а на двести тридцать световых лет за три недели внимание вряд ли обратит.
Поэтому и в моей памяти всплывают такие детали, которые смогут объяснить, как Лешка с такими уникальными способностями не махнул в сумасшедшие 90-е в те же Штаты, тогда вполне благополучные. Или, оставшись в стране, не связаться, по доброй воле или помимо собственного желания, с криминалом. В то время, когда еще не знали про различные системы защиты, а если знали, то полагались на них, как на сверхнадежные швейцарские банки, можно было здорово обогатиться с его-то талантами.
Как Лешку не завербовал преступный мир, объясняет та самая история с очень влиятельным и авторитетным человеком по имени Геннадий Анатольевич, которому мой друг помог спасти племянницу. Упоминания его имени было достаточно для того, чтобы всякая шантрапа извиняясь покидала логово друга и забывала про Лешку навеки. А сам Геннадий Анатольевич был еще той формации, когда мужики слово держали.
Лешка по своей инициативе путь преступлений выбрать не мог, потому что вопросы справедливости были для него в абсолютном приоритете.
Очень давно, когда Лешка учился в младшей школе, родители взяли длинный отпуск, заработанный за несколько лет на своих северах, и повезли сына пообщаться с родственниками в глухую сибирскую деревеньку. До Новосибирска долетели самолетом, а потом еще девять часов вниз по течению Оби до деревни Петрово, где и жила родня, добирались кораблем на подводных крыльях. И это было круто, потому что на пароходе на это ушло бы три дня.