Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Морской базар был полон народу. По обыкновению, каждый кричал и вспахивал руками воздух на различный экспрессивный манер. Сквозь тюрбаны и старые куфии (платки), меж шароваров и шаршиваль (штаны) протискивался Кирго к лавочкам, смотрел, выбирал и громко торговался.
Сколько за эту? указывал Кирго на огромную рыбу.
Пять султани кричал продавец с засаленным лицом.
Что за кража! Я сейчас позову стражников и скажу, какую цену ты назвал за эту рыбёшку; они заволокут тебя в темницу.
Хорошо. Четыре султани и пару акче.
Три
Да, я тебя гиенам скормлю глупый, глупый евнух. Иди и спроси у любого в Суссе, эта прекрасная рыба стоит шесть Султани, а я продаю её за четыре.
Мне лишь велено купить рыбу к ужину, а денег у меня три султани.
Тогда возьми другую.
Нет уж. Наложницам достопочтимого Кади позволимо есть только лучшую.
Раз кади то так и быть три с половиной султани.
Идёт победно выкрикнул Кирго, подавая через прилавок горсть золотых.
Шайтан завывал продавец, упаковывая рыбу в нечто вроде бумаги из сушеных водорослей.
Кирго заскучал, торгуясь с продавцом, и решил зайти к своему знакомому Карперу. У того всегда было полно интересных историй, а что ещё нужно молодому воображению. Юноша свернул в узкий проем меж прилавками, прошел вдоль воды и оказался возле странного судна оно было слишком большое для рыбацкого и имело корму из толстых дощечек; рыболовные снасти висели как будто для украшения, а сети были укреплены медной тесьмой, чтобы их не разрубила сабля. Кирго огляделся вокруг и простучал ногой по дощечке особую мелодию. Через минуту в каюте послышался шум. Наконец оттуда показалось смуглое, заросшее щетиной лицо.
Здравствуй, Кирго, бросил высокий мужчина, выходя на свет и щуря карие глаза.
Здравствуй, Карпер, ответствовал юноша, не торопясь. Он угадал по всем приметам, что его собеседник вчера изрядно переборщил с чем-то запретным. Карпер был контрабандистом и не чтил ни Корана, ни библии, ни иного учения. Это, как он сам говорил, открывало массу возможностей. Однако темный народ давних веков побаивался неверующего бандита и даже среди жуликов его считали кем-то вроде демона.
Как жизнь? заговорил бандит, вдохнув носом какие-то измельченные листья и поморщившись.
Так ты уже готов беседовать? Обычно нужно глотнуть рому и закурить, прежде чем ты изволишь протрезветь. Ухмыляясь, заключил Кирго.
Сегодня легче.
Где в этот раз? Тебя не было больше двух месяцев.
Много
Не упрямься.
Там же, где в прошлый. У меня договор с греками на поставку грузов. Так что теперь мотаюсь только туда.
А у меня все по-прежнему, начал Кирго.
Да я и не надеялся на другое! Знаю тебя, ухмыльнулся пьяной улыбкой Карпер, ты человек подневольный и у тебя мало чего меняется разве что хозяева.
Какой ты чуткий! А может, я устал от всего и душу хочу тебе излить? Может, нет сил и жду поддержки друга
Не устал, тоже мне! Ты, Кирго, никогда на свою долю не роптал. Просто сидит гнев да память брыкается о прошлом.
Вот не поспоришь. Как такой детина может быть настолько проницателен.
Проницательность, брат, в нашем деле нужна, как морю волны.
Это верно
Но серьезно, Кирго, я ведь тебе предлагал поплыли со мной кинь ты всё! У тебя ведь родина, семья где-то там. Ты же сам, как только мы познакомились, всё выспрашивал про Польшу: как добраться, был ли кто из здешних и сколько дней пути
И ты рассказал мне всё, что знал перебил Кирго.
Да, рассказал, нахмурился Карпер, а как узнал тебя и твою историю, так ужаснулся. А когда бандит ужасается дело дрянь. Но, Кирго, я же говорю: скопи денег динар пятьдесят и я возьму тебя в плаванье. А там переправлю через море и высажу, где скажешь. Будешь свободен, как рыба в океане.
Куда мне что твоя свобода? Ты вот тоже вроде свободен, а имеешь договор с греками и плаваешь только туда. Рыба твоя свободна лишь в воде, а на сушу выйти не может. Чайка свободна, но в пустыню не летит. Вот и я выходит, свободен, как и все только может немного больше других.
Карпер пристально посмотрел на Кирго и с силой в голосе сказал:
Если вдуматься в суть твоих слов, то получается свобода это возможность выбора того, как умереть. Потому что чайка, в конце концов, может улететь в пустыню, но долго ли. Пусть дело не в свободе. Но у тебя там семья.