Всего за 49.9 руб. Купить полную версию
Я только что и хотел войти в театр. Что-то мне подсказывало, что там, где-то внутри есть нужные мне вещи или не вещи. На лунатиков я уже не рассчитывал, но хотя бы на что-то, да, надеялся еще. Вера, пусть даже в полную ерунду, хороший мотиватор для наивных молодых романтиков.
Еще километров через пятнадцать мне очередная дорога встретилась моя третья попытка. Так себе дорога, не первой свежести. Но это все мелочи, здесь был он ничем не испорченный вход в глубь скальных, ой, извините, ледяных гор. Звучит, прямо, как в сказке Пушкина. Может там еще спящая Царевна в хрустальном гробу припрятана для меня?
Этого я так долго ждал. Нет, не царевну, они давно все мутировали под излучением феминистического ядерного взрыва. Я дырку искал. В скале!
Так и запишите: если долго мучиться, что-нибудь получится, но не обязательно, а только вероятно. Народная мудрость статистический метод. Ведь чем дольше стоишь на остановке в ожидании автобуса, тем скорее он в итоге приедет, даже если это случится завтра или в следующем сезоне. Главное верить, и ваша идея либо материализуется, либо заматерится. В любом случае, результат все-равно будет. И не вам судить, насколько он хорош или великолепен. Не может он быть плохим, просто вы ничего не понимаете. Китайская философия не зря говорит, надо ждать, враг сам сдохнет и его труп проплывет по реке мимо вас. Но только если вы верно учли направление течения конечно. Хотя даже и это все-равно опять не слишком дальновидно, потому что враги они как кролики или саранча, следующие поколения размножаются быстрее, чем дохнут предыдущие.
Меня ждала нора. Или не меня. Или не ждала. Что в целом вполне себе вероятно, ведь меня здесь никто вообще не ждал, пусть я и явился. Только это я уже, когда зашел подумал.
Хищники на этой планете имелись. Отрицать сей факт было просто глупо, как и их хитрость с коварностью. А ведь как всем известно, всякие черные норы и дыры их излюбленные места обитания прожорливых, мерзких тварей.
Что-то мне уже не очень хотелось лезть в черноту прохода. Остановился в полусотне метров от входа, обернулся и сожалением поглядел на слабый свет в конце тоннеля. Но это было только его начало. Где конец и есть ли он, одному Богу известно.
Мне же стало как-то тоскливо совсем. Чтобы страшно это вряд ли. Страх у меня уже атрофировался, невозможно же постоянно бояться. Вот с такими мыслями я двинулся вглубь.
8.6. Сквозь ледяные горы
Проход был большим, под стать габаритам улитона. Ощущение такое, словно я по длинному спортзалу шел, нежели по пещере. Все было ровно, практически так же, как и снаружи. Лишь чуточку темнее на небе звезд не наблюдалось.
И я шел и шел дальше, совершенно не понимая куда. Кое где валялись льдины, словно каменные осыпи. Но я даже в этой кромешной темноте видел вполне отчетливо не включая внешней светотехники.
Это не просто пещера была, а нечто вроде ледяного «Гранитного дворца» с «Таинственного острова» или огромных залов Московского метрополитена, только без конца, края и толп народа. Из-за таких грандиозных размеров я не видел вокруг себя перспективы, все просто равномерно растворялось в темноте по мере удаления от меня.
В темноте же мы видим лишь то, что близко. Вспомните ночную дорогу из-за руля много ли вы видите кроме пучка света и дорожной разметки? По сторонам ничего, вдали тоже ничего, разве что Луна сверху, да и то, если крыша панорамная.
Но здесь не было ни Луны, ни Солнца, ни прочих звезд. Харон он вообще остался по другую сторону планеты, я его и в хорошем раскладе не видел. Вообще ничего.
Зато у меня наблюдалось какое-то иное явление. Приглядевшись своими глазами, а не сенсорами, я пришел к выводу, что лед пещеры немного светится каким-то призрачным светом. Здесь не было кромешной тьмы, но и толку от этого света тоже не было. Он напоминал что-то вроде слабого ультрафиолета, какой на вечеринках встречается. Ты в целом видишь, но не понимаешь в частности: кого или что интим такой.
Здесь интимной обстановки не было никакой. Но ощущение, создаваемое пещерой, сложно было передать. Здесь было просто нереально как-то. Конечно, находиться на Плутоне само по себе уже для человека неестественно, это понятно. Но сейчас это неестественно было неестественным в квадрате. Даже, пожалуй, в кубе, то есть во всем объеме.
Неожиданно и незаметно для себя я вышел во что-то, напоминающее огромный зал. Я ведь не по тоннелям метро бродил: стена слева, стена справа, потолок прямо над головой. Понимаю-понимаю, я уже говорил, что шел по пещере, сродни вытянутым спортивным залам, но теперь это было еще больше и грандиознее.