Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
А потом, с вызовом сказала Дорит, ты бы нарисовал большую картину, где изобразил бы этот миллион с натуры, и продал бы картину за два миллиона, а?
И назвал бы картину «Натюрморт с миллионом», подхватил Абрахам. Хорошая идея! Михаэль, действительно, ты бы взял эти деньги наличными, и Алон бы их срисовал. По крайней мере память осталась бы, а то потратишь, и что сможешь вспомнить?
О Господи, вздохнула Лиора, опять о деньгах. Давайте поговорим о детях. Предлагаю тост за здоровье Симы! Сара, куда ты дела дочь?
Сима у подруги, пояснил Михаэль.
Сара, услышав свое имя, выглянула из кухни.
Сейчас, сказала она, я разложила еще салатов, кто-нибудь помогите принести.
Поднялись Лиора и Шуля. Через минуту блюда стояли посреди стола, и каждый поспешил положить себе на тарелку столько, сколько намерен был съесть.
Кстати, о Симе, сказал Михаэль. Вы знаете, что наша девочка стала чемпионкой Тель-Авива по фигурному плаванию?
Когда? удивилась Шуля. Ты не говорил! Сара, почему вы скрываете таланты дочери?
Мы не скрываем, смутилась Сара. Просто это совпало Выигрыш и это соревнование. Кубок Сима получила в пятницу, и как раз
Покажи! воскликнула Шуля. Настоящий кубок? Из золота?
Стекло, наверное, сказал Алон. Под хрусталь. Да? С надписью?
Пойдемте, я покажу, поднялась Сара.
Гости поднялись и потянулись следом за Сарой в детскую. На потолке здесь висело огромное полотнище, на котором была изображена группа «Металлика» свирепого вида молодые люди, из-за мощных плеч которых выглядывали чудовища с оскаленными мордами. С первого взгляда трудно было понять, кто, собственно, является вокальной группой люди или монстры. Возможно, пели они хором.
Кубок стоял за стеклом в секретере. Сделан он был не из золота, конечно, но и не из стекла, а из какого-то сплава темно-бронзового цвета.
Красивый, сказала Шуля. Можно потрогать?
Конечно, Сара сдвинула стекло и достала кубок, который оказался довольно тяжелым. Приз пошел по рукам каждый из гостей посчитал своим долгом осмотреть предмет со всех сторон и прочитать надпись.
Дорит протиснулась к Михаэлю, появившемуся в дверях, и, взяв его под руку, прошептала:
У тебя очень красивая дочь. Совсем не похожа на Сару.
Хузман, стоявший рядом, увидел, как у Михаэля покраснели уши.
Прошу за стол! резко сказала Сара, от которой тоже не укрылся жест Дорит. Индейка остынет.
Михаэль высвободил свою руку и сказал:
Пошли, действительно
Эти женатые мужчины, с неожиданным презрением в голосе громко сказал Дорит и первой направилась к двери, взглядом сдвинув со своего пути Михаэля. Хузман поспешил следом, чтобы занять свое место рядом с Дорит он все-таки надеялся, что девушка хотя бы теперь, получив очевидный афронт от Михаэля, обратит на него внимание.
Дорит опустилась на стул с видом английской королевы, оскорбленной в лучших чувствах. Индюшачьи ножки, разложенные на блюде, действительно, выглядели аппетитно, все потянулись, чтобы взять порцию, на тарелке перед Хузманом уже лежали несколько ложек разных салатов.
Через минуту за столом стоял обычный гомон голосов, Дорит, отвернувшись от Хузмана, о чем-то переговаривалась с Авигдором и Шулей, Хава и Алон, сидевшие напротив, беседовали друг с другом, Сара и Лиора разговаривали с Абрахамом, сидевшим между ними, а Михаэль, сидевший слева от Хузмана, наклонился к нему и произнес:
Марк, не будь таким кислым, иначе все догадаются, что что-то идет не так
Михаэль, сказал Хузман, может, все-таки обратиться в полицию?
Ты что, с ума сошел? сквозь зубы процедил Михаэль. Даже если бы я не боялся за себя и Сару, у нас есть дочь. Я вовсе не хочу, чтобы она
Господи, простонал Хузман. За каким только чертом нужно было тебе распускать язык с газетчиками?
Марк, прекрати, на нас смотрят. Друзья! воскликнул Михаэль, наполнив бокал вином. Предлагаю тост за то, чтобы мы еще много раз собирались за этим столом и праздновали замечательные события! Лехаим!
Лехаим! нестройно отозвались гости.
После индейки Сара убрала тарелки и принесла блюдо со сладостями. Хузман попытался было снова обратить на себя внимание Дорит, но девушка даже не удостоила его взглядом. Совсем заскучав, Хузман не стал дожидаться кофе и поднялся.