Всего за 29 руб. Купить полную версию
Идти за ними мне было страшно, поэтому пришлось опять спрятаться в щель. В злополучном дворе из-за бетонного забора показалась голова старика.
— Никак убили они его, не шевелится, — крикнул он старухе.
— Пойду в «Скорую» звонить.
— Иди, бабуля, звони, а я сейчас обойду забор и приду посмотреть. В милицию не забудь позвонить.
— Я всех видела, Вовка Капитонов у них главный, посадят теперь, — старухин голос ликующе взмыл ввысь.
Голова скрылась за забором, нужно было уходить, пока милиция меня не обнаружила. Пришлось бы им объяснять, кто я такая и как здесь очутилась. Я оторвалась от стены, но из-за мусорных баков раздался вдруг такой стон, что ноги мои приросли к месту. А вдруг там Лера? Господи! Усилием воли я сдвинулась с места и подошла к помойке. Едва взглянув на то, что лежало за контейнером, я отвернулась: это было ужасно. На земле лежал мужчина, молодой или старый, было непонятно, потому что он был избит до неузнаваемости. Лицо залито кровью, нога как-то неестественно вывернута. Он застонал опять, потом пошевелился, под рукавом я заметила что-то красное, это оказался паспорт. Затопчут ведь, надо положить ему в карман и сматываться, мелькнуло в голове, все равно я ничем не могу ему помочь. Я открыла нагрудный карман его куртки и попыталась запихнуть туда паспорт, но что-то мешало, и я вытащила еще один паспорт. Интересно! Я развернула паспорт, мельком глянула на фамилию, потом схватила оба паспорта, запихнула их в карман своей дубленки и бегом помчалась к заветной щели, не обращая внимание на колено. Не до коленок тут, ничего, не отвалится!
В соседнем дворе мне навстречу попался мужик в ватнике, очевидно, это и был тот, из-за забора. Он не видел, откуда я вышла, а я сделала каменное выражение лица и прошла мимо. Проскочив еще один двор, я вышла в знакомый переулок, потом во двор Лериного дома и поднялась на четвертый этаж. На мой звонок никто не ответил. Я не удивилась, я этого и ожидала. В подъезде, усевшись на подоконник, я достала оба паспорта и внимательно прочитала все, что в них написано. Первый был на имя Примакова Олега Петровича, год рождения, прописка, женат на такой-то, ребенок есть. А во втором было написано: Миронова Валерия Юрьевна и так далее. И кто бы мне мог сказать, как Лерин паспорт, который я сегодня утром видела в ее сумке, попал в карман к избитому человеку, и где же, черт возьми, эта сумка с деньгами и тем более сама Лера?
Посидев немного на подоконнике, я вышла на улицу и побрела опять к телефону, но на всякий случай обошла дом и взглянула на окна Лериной квартиры.
Кто-то мелькнул там, за занавеской. Значит, этот чокнутый, Лерин муж, сидит дома и не открывает. Войдя в телефонную будку, я собралась с духом и набрала номер Витькиного мобильника.
— Алло, Витя?
Он узнал меня сразу и просто зашелся от злости.
— Ты какого хрена звонишь? Ты в уме? Вешай трубку, я сам позвоню, когда смогу. Все.
Раздались гудки. Я набрала номер снова. Витька прямо булькал там, как чайник. Не давая ему раскрыть рот, я быстро проговорила:
— Слушай и не повторяй. Мы разминулись, а теперь ее нигде нет.
— Что?!
— Что слышал. Ее нет дома, там муж и говорит, что она не приходила. Я караулю ее уже больше часа, никого нет. Тут какие-то странные события… — Но до Витьки наконец дошло, что пятьдесят тысяч долларов гуляют неизвестно где, и он заорал на меня, отбросив всякую осторожность:
— Ты, такая-рассякая, — автомат аж раскалился от его мата, — куда смотрела?
— Витя, я же говорю, она уехала на троллейбусе, а я не догнала, поехала на следующем, прихожу, там муж у нее дома, а ее нет. Муж говорит, что не видел ее с утра, я не знаю, куда она делась!
— Ты головой мне ответишь, я тебя наружу выверну и так по улице пущу.