Тевтоны, понятное дело, не выдержали и были смяты. Пруссы ворвались в город и началась резня. Мы не вмешивались, это были их разборки. Бой продолжался до 2-х часов ночи, пока не осталось ни одного защитника, умеющего держать оружие в руках. Все мужчины были перебиты и из города выгнали толпу женщин и детей, заставив их усесться на большую площадку перед стенами. Там мы провели ночь и с утра продолжили работу. Похоронили всех погибших, но пруссы вдруг переменили своё решение и не стали разрушать крепость и городок.
К городу, узнав о случившемся, подтянулись около 200 новых воинов помезан. Им поручили достроить крепость и сесть здесь, устроив новое поселение. 170 уцелевших женщин и 125 детей, были розданы прибывшим, а мы двинулись дальше, к Эльбингу. Пруссы поделили добычу и оставили почти всё отбитое у крестоносцев в Мальборке. В городе обзавелись ещё 120 лошадьми и количество пеших уменьшилось.
Эльбинг был не чета Мальборку. Это уже была твердыня, достроенная до конца и обросшая пригородами, представляющая из себя город с 2 тысячами населения. Навстречу нашим 3000, выехали столько же тевтонов и крестоносцев, сумевших добраться сюда, после разгрома под Русией. Мы спешились и встали широким фронтом, в количестве 1400 человек, выставив щиты и оперев на них ружья. Пушки выкатили вперёд. Посчитали, что обойдёмся без САУ и пулемётов. За нами приготовились к атаке полторы тысячи воинов Святополка.
Крестоносцы ринулись в атаку тысячью кавалерии и 2000 пехоты. После нескольких залпов из пушек и ружей, вперёд вырвались померане Святополка. Никто не ушёл. В плен взяли до полутора тысяч кнехтов. Через полчаса из города вышел комтур, неся на подушке ключи от города. Горожанам повезло, что пруссы ещё не подошли, иначе их ждало бы истребление. Между тем, услышав про наши успехи, к городу хлынули толпы восставших пруссов, вооружённых косами и топорами. Хотя были и дружины местных князьков (нобелей). Мы начали решать, как поступить с населением города. Передать город пруссам, значило отдать на истребление более тысячи человек.
Пруссы, между прочим, были настроены крайне враждебно к оставшимся в живых и требовали отдать их на расправу толпе. Святополк принял решение-отправить всех жителей в Гданьск, поселив их в пригороде. Крепость отдать пруссам, забрав городскую казну и поделив на участников. Населению разрешили взять самое необходимое и под охраной 200 всадников Святополка отправили в Гданьск. Город отдали пруссам, которые сами решили, что с ним сделать и кого там поселить.
Дальше мы захватили подобным образом Кройцбург, Браунсберг, Бранденбург и Балгу, остановившись в недостроенном Кёнигсберге (Калининграде). В порт города, под прицелом пушек «Варяга», загнали 34 галеры, наполненные жителями перечисленных замков, пытавшихся морем убежать в безопасное место. К Кёнигсбергу подошла уже армия в 14 тысяч пруссов и наши 3000. Не успевшее скрыться, население городов было вырезано подчистую и в этот, последний пункт, пригнали 2 тысячи женщин и столько же детей.
С кораблей сошли на землю ещё столько же, плюс 400 воинов и до 600 мужчин. Таким образом, в наших руках оказались почти 9 тысяч пленных, в основном женщины и дети. Тысячу мужчин, Святополк отправил в Гданьск, для использования на работах и в качестве рабов. Мы начали решать, куда девать женщин и детей. Как ни было жаль, но условия этого века не оставляли для пленных выбора. Их всех поделили между пруссами. Однако мы вытребовали для себя 1100 пленниц в возрасте от 12 до 30 лет, многих с детьми. Всего вышло 1620 человек, все немцы.
В городах, на нашу долю достались, в общей сложности, 42 тысячи золотых и 46 тысяч серебряных монет, пересчитанных позже. Всё имущество жителей замков досталось пруссам. Кстати, мы прошли по северу Вармии, где захватили три крепости. Крепости принял князь Вармии, Скомонд, о котором я вспомнил, что он отец твоей невесты Молвиты. Воспользовавшись случаем, я рассказал Скомонду, что его дочь жива и вскоре выйдет замуж за князя Воронежского.
Живы и 10 дочерей его сподвижников, выкупленные нами из рабства. Скомонд обрадовался и передал для своей дочери несколько украшений, захваченных в разорённых крепостях. А на словах, благословил дочь на замужество. Целый час мы беседовали, и он расспрашивал меня об условиях жизни в Воронеже и о её женихе. Переночевав в городе, мы утром попрощались со Святополком, остававшимся здесь уже в качестве победителя. Успехи восставших, вдохновили всех пруссов подняться против своих оккупантов и, уезжая, мы оставили эту часть Прибалтики в огне восстания. Тевтонам никак не позавидуешь, учитывая их огромные потери в людях.