Всего за 54.99 руб. Купить полную версию
Не все выдерживают такой прессинг. Кому-то удается сбежать или изначально не попадаться под бдительное око «Цепи», диссиденты были и есть во все века и времена любом обществе. Макс себя к ним не относил, поэтому дисциплинированно являлся на вызовы в Бюро, чем, конечно, вызывал недовольство руководства «мирской» работы, хотя дальше ворчания начальника дело не заходило. Слишком мало платили сотрудникам Института Экономики, чтобы требовать от них железной дисциплины и запрещать поиск подработок на стороне, а именно подработками Макс объяснял периодические отлучки. И не так уж и лгал, Бюро весьма хорошо оплачивало услуги лояльных лицензионников, даже минимальные и необременительные; пилюлька своеобразная для подслащивания учета и контроля.
Вобщем, в средствах Макс не нуждался и вполне мог позволить себе не работать, но официальная трудовая деятельность опять же предполагалась обязательным условием лицензии, и Институт оказался вполне для нее подходящим. (Заботится «Цепь» о своих подопечных, заботится! Изо всех сил старается, чтобы выглядели обычными, не выделялись, не вызывали вопросов и нездорового интереса.)
Скучаешь? блондинка в облегающем черном «мини», подчеркивающем внушительные формы и неимоверной длины ноги, томно взмахнув ресницами, подсела за его столик. Изящные пальцы с пурпурно-красным, в тон помады, маникюром слегка дрожали, удерживая бокал с «мохито». Девушка была под хмельком, и ее аура в нормальном состоянии похожая на ровно окрашенное светлое облако, покрылась словно трещинками зеленоватыми зигзагами. Если так дальше пойдет, совсем ослабнет. Всякие лярвы и паразитирующие элементалы присасываться начнут, вытягивая силы, молодость, красоту. Нельзя с аурой так беспечно обходиться! Особенно, если она как у блондинки в мини тонкая и податливая.
Макс привык, что представительницы прекрасной половины человечества часто проявляют к нему повышенное внимание, благо неплохими внешними данными природа его не обделила, хотя здесь, в баре, будь он чуть краше орангутанга, тоже традиционно имел бы возможность заиметь компанию и на вечер, и на ночь, да и не был бы против, вот только Проклятые три месяца еще не истекли, а пока не истекли! Вобщем, нельзя. Тут тоже свои ограничения, обусловленные псионическими параметрами. Контрольный период выбирается не методом случайных чисел или предпочтениями консультантов Бюро. Три месяца хотя, если быть точными, не ровно три день-в-день; бывает четыре у кого-то, бывает, два, два с половиной чувствительность обостряется настолько, что псионик разве что искрами не сыплет, и при контакте с противоположным полом исход непредсказуем. Вплоть до летального. Для обычного человека, конечно. И ничего с тем не поделать, не подавить, не избежать. Просто пережить. Как критические дни. Зато последующие девять месяцев живи в своё удовольствие. Если сможешь Но это уже как у всех.
За всё приходится платить, и иногда плата весьма высока!
Нет, Максим чуть улыбнулся. Он всегда старался быть любезным с дамами, молодыми, старыми, красавицами и невыразительными, доброжелательными и ворчливыми, трезвыми и не очень, пусть даже контакт длился считанные минуты. И дело не в кокетстве. Просто его так воспитали.
А мне скучно, блондинка устало вздохнула, одним глотком допила свой коктейль. Трещины в ауре зазмеились сильнее, над головой начала разрастаться дыра с рваными краями.
Не купишь девушке выпить?
Тебе хватит, покачал головой Макс. Можешь заболеть. Иди лучше домой, прими холодный душ, выпей горячего сладкого чаю. И отдохни. Надо восстановиться.
Тоже мне папочка! фыркнула блондинка. Вечер только начался, я хочу повеселиться! Жизнь так
Она повертела бокал, глянула на пустое дно.
Жизнь так коротка! И молодость тоже.
Будет еще короче, если не перестанешь пить. Тебе нельзя пить!
Да ну тебя! отмахнулась девушка. Поднялась, опираясь на край стола. с тобой неинтересно!
Сделала шаг, чуть не упала. Макс успел подхватить ее, поддержал под руку. Под ладонями мигнула неяркая вспышка.
Хэй! дернулась блондинка. Убери лапы! Ты такой колючий!
Поковыляла, пошатываясь, к барной стойке, а молодой человек, покачав головой, вернулся на место.
Кофе остыл, пришлось заказать новую чашку.
Здорово! на стул, где минуту назад пыталась обосноваться блондинка, пристроился рослый эффектный мужчина средних лет в рыжевато-каштановой бороде с выраженной стильной небрежностью. Этакая брутальность в рамках моды.