Всего за 129 руб. Купить полную версию
Альда всегда считала себя сообразительной девушкой. Жизнь приучила её принимать решения быстро. А как иначе: бродяжки, которые соображали слишком медленно, заканчивали свою жизнь в канаве. Но сейчас Воровка не знала, что на неё повлияло: то ли аромат золота путал мысли, то ли внимательные глаза с оранжевыми искорками
Растение! выпалила она.
В голове у неё всё смешалось: «Всё правильно! Растёт, питается воздухом! Вода что там с водой? Ох, проклятие!»
Нет! Скала! Не живая, но растёт, а вода её постепенно размывает!
Сто пятьдесят лет прожил на свете, а скалы в Драконьих горах выше не стали, засмеялся дракон, потирая руки, как самый обычный человек. Ответ неправильный, это огонь! Снимай что-нибудь из одежды.
И он вальяжно расположился на стоящем возле стены мягком диване, закинув ноги на подушки и устремив на воровку жадный взгляд золотых глаз. Ей показалось или он облизнулся?
Альда наклонилась и нарочито медленно расшнуровала сапожок, крепко охватывающий её стройную лодыжку. Демонстративно помахала им и отбросила в сторону.
Ладно, немного сконфузившись, проговорил Ульхар, который про себя посчитал обувь как один предмет. Теперь вторая загадка. Она большая, куда больше дракона, зловещая и тёмная, но совсем не имеет веса. Что это такое?
О, это легко! обрадовалась Альда. Большая, тёмная и не имеет веса это же туча!
И она посмотрела на хозяина замка с видом победителя.
Снова не угадала, расставайся ещё с чем-нибудь! довольно улыбнулся дракон. Тучи имеют вес, потому как состоят из водяного пара. Это была тень! Тень дракона!
Он немного помедлил, с удовольствием наблюдая, как уверенность сползает с лица девушки.
Впрочем, выдержка изменила ей ненадолго. Она хмыкнула и распустила шнуровку на втором сапоге. Дёрнула ногой, метясь в голову дракона. Промахнулась и сузила глаза. Ульхар усмехнулся: волнение попавшейся в западню воровки делало её из дикой кошки самой обыкновенной мышкой, хотя и отважной на первый взгляд.
Что ж, загадка третья и последняя. Чем можно поделиться только один раз?
Альда почувствовала, что у неё горят щеки. Не от стыда от злости. Намек был более чем ясен.
Невинностью! выплюнула она.
Ты заигрался, ящерица! И проиграл!
На этот раз лорд Ульхар не выдержал и громко расхохотался, откинувшись на подушки.
Опять не угадала! сквозь смех прорычал он. А ещё говорят, будто у драконов только одно на уме девы и их невинность. Это же тайна! Всего-навсего тайна! Выболтать её можно лишь однажды. Снимай-ка платье да иди поближе!
Только что щёки воровки горели, а теперь Альда побледнела. И снова от злости. Вот только сейчас она злилась на себя: надо было потянуть время, подумать, а она попалась так глупо. Хозяин замка не сводил с неё горящих огнем глаз. Было в них и предвкушение, и любопытство, и где-то на самой глубине плескался смех.
Радуется, змеюка, что так ловко её провел. Посмотрим, как сейчас тебе будет весело!
Она взялась за воротник платья и безжалостно рванула. Ульхар подался вперёд и тут же разочарованно выдохнул. Под платьем воровки спрятался тонкий, но тёплый облегающий костюмчик. Ну не идиотка же она, в самом деле, в платье под мостами лазить!
Ты хитра, маленькая когтистая кошечка, но, как показали загадки, я намного хитрее. А теперь пришло время исполнить то, о чём мы договаривались, и он бросил взгляд за спину Альды, где на чёрном бархате неба вспыхивали холодные звёзды. Тем более уже наступает ночь.
Сказав так, лорд с нечеловеческой скоростью очутился возле девушки, обернул её мощным и гибким хвостом, прижимая руки к телу и лишая возможности двигаться, и ловким движением уложил на кровать, навалившись сверху. Прошептав заклинание, которое вмиг парализовало все мышцы Альды, он встал на ковёр напротив неё и принялся неторопливо раздеваться. Взломщице только и оставалось, что яростно вращать глазами, наблюдая за его действиями.
Под изорванным Альдой сюртуком и тонкой рубашкой оказалось крепкое золотистое тело, поблескивающее чешуёй по бокам и на спине. Ульхар взялся было за пояс брюк, но передумал, скользнул на постель, укладываясь рядом с девушкой. В его руке сверкнул маленький канцелярский нож для бумаги.
С детства люблю разворачивать обёртки подарков. Внутри всегда что-нибудь невероятно сладкое или чрезвычайно интересное! А ты и то, и другое одновременно!