Всего за 149 руб. Купить полную версию
Отель был небольшой, пять комнат, и просторная кухня. Всё было чистенько и аккуратно. Чувствовалось, что за порядком здесь следили.
Проснувшись утром, и поняв, что всё ещё находиться в отеле в Санкт-Петербурге, Висталь поднялся с пастели, выполнил весь утренний моцион, и вышел в город. Погода была чудесная. Жители средней полосы России часто преувеличивают непогоду в Санкт-Петербурге. Зима здесь действительно сумрачная, но лето, по большей части великолепно. Иначе, с какой стати Петру Первому пришло бы в голову строить именно здесь свою столицу. Хотя, для такого целеустремлённого царя, не было бы большим препятствием построить город ещё более севернее, к примеру, на месте Мурманска, если бы здесь не было выхода к морям и океанам.
Висталь шёл по Лиговскому проспекту, и думал, что здесь живёт очень много художников. А сколько их жило прежде Он думал, что в своём творчестве, они нисколько не уступали Великим художникам возрождения, что были увековечены в веках, благодаря свойству запада возводить своих «Великих» на пьедестал, и умению рекламировать и показывать с нужной стороны, своих гениев, чем не обладали никогда жители России, и в частности Санкт-Петербурга. Русский всегда расположен более к тому, чтобы восхищаться чужим, нежели своим. «Нет пророка в своём отечестве», эта присказка, как нельзя лучше освящает менталитет Русского человека по отношению ко всякому искусству. Но тем не менее, нисколько при том, не умаляя гениальности художников Италии, Нидерландов, и Испании, можно с уверенностью говорить о художниках, некогда работающих в Петербурге, как и творящих на берегах Невы ныне, как о Величайших художниках современности. С одним из таких художников предстояло встретиться Висталю. Его вело проведение. Он знал куда надо идти, и когда.
Свернув на Невский проспект, и пройдя около мили, он зашёл в небольшую художественную лавку. Всё небольшое помещение было заставлено картинами. И стены были увешаны так, что не оставалось почти никакого пространства. Из маленькой комнатки, похожей более на кладовку, к нему вышел средних лет человек, с окладистой бородой. Почему люди с накопившейся мудростью, как правило отпускают бороду? Это наверно происходит на каком-то когнитивном уровне, из подсознательных областей осознанности. А вообще, загадка.
Добрый день! Меня зовут Владимир. Чем я могу вам помочь? Здравствуйте, меня зовут Висталем. Если вы найдёте для меня несколько минут, я буду вам безмерно благодарен.
Конечно, проходите сюда. И он завёл Весталя в ту самую комнату-кладовку. Присаживайтесь, и подвинув к стене пуфик, сам сел напротив на деревянный стул. Вы наверно будете удивлены, но я знаю вас, как самого талантливого художника современности.
Ну что вы, это уж слишком, дорогой Висталь. Я довольно скромный художник, меня мало кто знает, если только в своём кругу?
Это пока Ваше будущее мне очень ясно рисуется.
Вы прорицатель?
Можно и так сказать, но не будем зацикливаться на моей персоне. Я не отниму у вас много времени, я лишь хочу прояснить для себя пару вопросов, относительно художественного искусства в России, и в Санкт-Петербурге в частности. Всякий художник, помимо прочего, как правило ещё и философ. А вы как мне известно, уделяете философии особенное место в своём творчестве.
Это, опять же, громко сказано
Да, я знаю о вашей скромности, но всё же, скажите, в чём секрет такого таланта, и с чем связано ваше столь бедственное положение? Я помню, это Русское: «Художник, поэт, или философ должен быть голодным» Но мы знаем из истории, что Великие мастера прошлого, по большей части не были голодны. Кто-то был при дворе, кто-то при епископах, или других особах элиты политического, или иного бомонда. Бедных, ныне признанных Великими, было не так много. Винсент Ван Гог, ГогенНу ещё человек пятнадцать
Я не знаю, дорогой Висталь, на эти темы я почти не рефлексирую. Я знаю одно, что только любовь к своему искусству, Великая, всё покрывающая любовь к своему творчеству, способна сотворить даже Невозможное!
Вы, Владимир, напомнили мне один разговор, волей случая подслушанный мною однажды в Италии. Я услышал разговор двух Великих скульпторов. Не удивляйтесь, и не сочтите меня сумасшедшим, но один из них жил на два века раньше второго. Они, каким-то непостижимым образом встретились, и часть их разговора была случайно услышана мною, на берегах Тирренского моря. Их звали Антонио Коррадини, и Сергей Тимофеевич Конёнков. Передаю дословно: