Всего за 349 руб. Купить полную версию
Михаил Лифшиц
Письма В. Досталу, В. Арсланову, М. Михайлову. 19591983 гг
Примечания: В.Г. Арсланов, А.П. Ботвин, Н.Ю. Гутова
В подготовке к публикации писем принимали участие:
Кирилл Захаров, Денис Катунин, Борис Поплетаев
Издание подготовлено Архивом Лифшица и Институтом Лифшица
Издание осуществлено при поддержке Дмитрия Аксёнова
ООО «Издательство Грюндриссе»
e-mail: info@grundrisse.ru
http://www.grundrisse.ru
© ООО «Издательство Грюндриссе»
© М.А. Лифшиц, авторский текст
От издательства
Настоящее издание продолжает знакомить читателей с неопубликованными до сегодняшнего дня текстами Михаила Лифшица. Оно охватывает период с 1959 г. по 1983 г. и включает в себя письма Михаила Лифшица трём корреспондентам: Владимиру Досталу (письма 19591974 гг.), Виктору Арсланову (письма 19681978 гг.) и Михаилу Михайлову (письма 19731983 гг.). В издание вошли все сохранившиеся письма Досталу и Михайлову и часть писем, отправленных Арсланову (не вошли письма, имеющие исключительно бытовой характер). Все письма приводятся полностью.
Большинство писем отправлено из Москвы, в иных ситуациях указан пункт отправления.
Все выделения в письмах авторские.
В угловых скобках уточнения редакции.
Книга содержит именной указатель с короткими справками о каждом упомянутом в письмах лице, по части из них сделаны более подробные примечания.
Письма Мих. Лифшица В. Досталу. 1959-1974
Достал Владимир (19301975), чешский историк литературы, критик.
В 1953 г. окончил Карлов университет в Праге. В 19531957 гг. учился в аспирантуре Литературного института им. Горького в Москве. С 1957 г. занимался теорией литературы в Праге. В 1967 г. защитил диссертацию, посвящённую истории чешской марксистской критики и эстетики.
Владимир Достал переводчик ряда работ Мих. Лифшица на чешский язык. Публикатор в пражском журнале «Эстетика» памфлета Мих. Лифшица «Почему я не модернист?» (1964).
В. Достал опубликовал в Чехословакии следующие книги Лифшица: Umelec a svetlovy nazor (Художник и мировоззрение), Praha, 1960; Vitr dejin (Ветер истории), Praha, 1974; Problemy umeni a filozofie (Вопросы искусства и философии), Praha, 1975. В 1977 г. вышла подготовленная Досталом хрестоматия «Marx-Engels-Lenin о kulture a umeni» (Маркс-Энгельс-Ленин о культуре и искусстве), Praha, 1977.
В настоящем издании публикуются все сохранившиеся письма и открытки Мих. Лифшица В. Досталу. Оригиналы хранятся у наследников В. Достала. Копии в Архиве РАН (всего 60).
20 сентября 1959 г
Дорогой Владимир!
К сожалению, я не смог исполнить Вашей просьбы. До сих пор ещё не обменял квартиры, а потому все мои печатные и прочие произведения находятся в запакованном состоянии1. Самое большее, что я мог бы сделать, это перепечатать для Вас из старых газет и журналов две-три полемические статьи против вульгарной социологии.
Не знаю, можно ли это объединить под общим заглавием «Мировоззрение и творчество» и будет ли это интересно чешскому читателю. Статьи написаны очень остро, пришлось бы выбирать наиболее мирные, да и те, вероятно, были бы неприятным воспоминанием для иных ныне здравствующих литературоведов. Подумайте, если ещё останется время, я сделаю это. Что же касается моего доклада, то Вы, вероятно, имеете в виду «Народность искусства и борьба классов». У меня, правда, есть где-то стенографический отчёт, но его нужно было бы подвергнуть литературной обработке2. Это займёт много времени, а главное мне неудобно печатать за рубежом, даже в дружественной Чехословакии, то, что я ещё не напечатал у себя на родине.
Болезни, мои личные и моих близких, помешали ответить Вам вовремя. По той же причине я ещё не нашёл времени увековечить свой внешний облик посредством фотографии. Сделаю это, как-нибудь, и пришлю Вам. А пока сделал то, что Вы также у меня просили. Посылаю краткий перечень фактов моей научно-литературной биографии. Можете взять из этого то, что Вам нужно, а если чего-нибудь не хватает, то напишите. Не знаю точно, какого типа сведения Вам нужны. Для Вашего личного сведения могу сообщить, что под судом я не был и партвзысканий не имею. В составленной мною справке я стыдливо умалчиваю, что не окончил Художественный Институт3. Для иностранного читателя это, вероятно, было бы фантастической подробностью, которая требует объяснений: каким образом студент превратился в преподавателя? А между тем это было так и отвечало нравам двадцатых годов, теперь уже непонятным даже у нас. Оставим этот вопрос в тени, и если найдёте нужным, то просто выбросьте весь эпизод. Вообще, чем короче тем лучше. Я, по крайней мере, был бы очень доволен.