Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Сначала Николай хотел купить пиво в киосках возле метро, что ближе к пригородным перронам, но, глядя на этих бабушек с виноватыми глазами, сгорбившимися спинами и униженными от устроенной им государством нищенской жизни позами, решил пожалеть их.
Леня, предложил он своему попутчику, давай у бабок пива купим. Выручим хоть одну из них
У них же дороже? возразил, было, Леонид.
Но тут, услышав их разговор, одна из старушек, лет под семьдесят, вмешалась:
У меня дешевое пиво. «Оболонское», свежайшее. Смотрите дату! Вчерась сделано. У коммерсантов дороже. Возьмите у меня, молодые люди? жалостливо, словно милостыню, попросила она их сделать у нее покупку.
Николай засмеялся, им обоим было уже по сорок лет, и ответил:
Ну, если мы молодые, то спасибо.
Конечно ж молодые! Со мной не сравнишь берете? По семьдесят тысяч отдам. В комках по восемьдесят старушка преданными глазами смотрела на них.
Хорошо, мамаша. Давайте пару бутылок.
Николай протянул ей бумажку в двести тысяч купонов. Бабушка платком начисто обтерла и без того чистые бутылки и отсчитала сдачу.
Пейте на здоровье. Еще захотите, подходите. Оно у меня всегда свеженькое и холодненькое.
Леонид начал рыться в кармане, отыскивая деньги, чтобы отдать свою долю Николаю, но тот сказал:
Не надо. А то на дорогу домой не хватит.
Должно хватить. Жетон на метро у меня есть и это главное. А денег действительно не осталось он огорченно смотрел на кучу смятых в ладони десяти и двадцатитысячных купюр. Может и на пиво не хватить. Фу, больше не поеду в командировку! А то суточные дают на двести граммов вареной колбасы! Разве это жизнь в командировке?
Ты прав! Это не жизнь, а существование. Ты из командировки, а я в командировку. Пока у меня есть деньги, угощаю.
Они подошли к ступеням метро «Вокзальная» и открыли бутылки. Возле больших колон, поддерживающих круглый козырек станции метро, расположился духовой оркестр молодые ребята, подрабатывающие себе на жизнь музыкой. Правда, это громко сказано оркестр. Оркестрантов было трое: труба, туба и барабанщик. Они только закончили что-то играть и выжидали то ли заказа от слушателей, то ли собираясь исполнить музыкальную композицию без заказа. В большом футляре от туба лежали смятые ассигнации, но этой суммы было явно недостаточно для прокормления троих хотя бы один день. Николаю в похмельную голову пришла неожиданная идея и, глотая из горлышка пиво, он обратился к Леониду:
Сейчас закажу им сыграть «Союз нерушимый» сколько им обычно платят за заказ?
Не знаю. На улице ни разу музыку не заказывал.
Николай достал из кармана двести тысяч и подошел к трубачу, который был ближе к нему.
Сыграйте «Союз нерушимый»? Двести тысяч даю.
Трубач настороженно посмотрел на него. Но, увидев, что тот с бутылкой пива и уже выпивши, а значит, не может быть провокатором, ответил:
Опасно. Нас могут прогнать отсюда. Может, исполнить «Ще не вмерла Украина»?
Этого гимна не надо. Что значит не вмерла? Значит, скоро умрет! Так надо понимать ладно, повышаю ставку, Николай полез в карман. Даю полмиллиона. Согласны?
Трубач, не отвечая, оглядел привокзальную площадь милиции, вроде, поблизости нет. Потом вопросительно взглянул на своих товарищей. Полмиллиона, вроде, деньги небольшие менее килограмма вареной колбасы, но такую сумму они, в лучшем случае, смогут наскрести за час игры, а сейчас ее можно заработать за минуту. Ударник утвердительно кивнул и промычал:
Только один куплет.
И припев тоже.
Само собой! Бросай деньги в футляр.
Только не задерживайтесь.
Не бойся, не обманем.
Николай наклонился и аккуратно положил кредитку в пятьсот тысяч в футляр для туба, чтобы не выдуло ветром, и отошел на пару метров от оркестра. К нему приблизился Леонид:
Может скандал получиться. На многих в Киеве советский гимн действует, как красная материя на быка.
Ничего. Пусть слушают и помнят, что была когда-то великая страна.
Они продолжили пить пиво. Ударник беспрерывной дробью начал вступление. Через несколько секунд трубач стал выводить мелодию на фоне басящей тубы. Возле оркестра стали собираться люди, вслушивающиеся в звуки забываемого в голове, но не забываемого в сердце, гимна. Капитан-летчик, вроде невзначай, встал по стойке смирно. Мужчины и женщины стояли вольно, переговариваясь и, тем не менее, а это было заметно, вслушивались в гимн несуществующего государства. Начался припев «Славься отечество, наше свободное» Барабанщик с усердием непрерывно дробил по барабану, труба заливалась на высоких тонах, туба фундаментально урчала: «Дружбы народов надежный оплот» С последней дробью барабана смолкла мощная мелодия. Музыканты выполнили своё обещание исполнили один куплет и припев. Толпа стояла, ожидая продолжения, но, к их разочарованию, его не было. Вдруг вперед выскочила пожилая женщина в черном платке и со злостью закричала на музыкантов: