Всего за 249 руб. Купить полную версию
Лизонька, передашь лично в руки ему, ты поняла меня?
Будьте спокойны, Ваше Высочество, все исполню, как вы говорите. спрятав письмецо, она исчезла за дверью.
Найти молодого офицера для проворной и всезнающей фрейлины не составило труда. Рудов, обходя караульные посты, проходил мимо застекленной оранжереи, густо усеянной всевозможными цветами. Как неожиданно, со стороны приоткрытой двери, он услышал знакомый, женский голосок.
Господин офицер, господин офицер, подите сюда!
Александр обернулся и узнал ту саму молоденькую девицу, передавшую ему записку в Ораниенбауме.
Это ты! Господи, какая удача, я только сегодня думал как.
Не дождавшись окончания его фразы, Лиза схватила его за руку, и затащила в оранжерею. Достав из рукава небольшую записку, она протянула ее Рудову.
Ее Высочество, поручили передать вам лично в руки, шепотом и улыбаясь проговорила девица.
Александр тут же развернул письмо, и, узнав тот самый почерк, жадно прочел.
Друг мой, я просила не искать со мной встреч, и не ошиблась в тебе. Ты не только храбрый, но и надежный человек. Мы должны кое что обсудить с тобой. Сразу после полуночи, жду тебя в портретной галерее, что в северном флигеле.
Рудов, невольно расплывшись в улыбке и растерявшись от неожиданного поворота событий, придя в себя, обратился к девушке:
А звать вас как, милая сударыня?
Лизавета меня зовут, слегка поклонившись, тихонечко сказала фрейлина.
Вот что Лизавета. Скажешь ее Высочеству, что я все понял.
Он сорвал с куста две больших розы. Одну из них отдал ей в руки.
Эту передашь Великой Княгине. Сломав стебель у второй розы, он украсил ею волосы девушки. А это тебе от меня.
Благодарю вас, смущенно сказала девушка и покраснев, почти, как подаренный ей цветок, исчезла за дверью оранжереи.
Уже через несколько минут Лиза передала предназначенную для Екатерины розу, заранее сняв свою, и известила свою госпожу, что письмо было доставлено и прочитано Рудовым. Екатерина улыбнувшись и, взяв в руки цветок, сказала по немецки:
Wie süß ist das3!
Тем временем, до ночи было еще много времени. Бесконечный вихрь догадок и мыслей терзали Александра, но будучи весьма опытным человеком в делах амурных, он понимал, что разговор точно пойдет не о живописи.
В северном флигеле дворца, где была назначена встреча, располагалась дворцовая Воскресенская церковь. Днем там было весьма людно, шли молебны и службы, а ночью это был самый малообитаемый уголок. Там же, в северном флигеле, находилась и небольшая портретная галерея. Великая Княгиня, как известно, была большой поклонницей живописи. Ключ хранился только у нее самой.
Ближе к вечеру начал накрапывать дождь, перешедший к ночи в ливень. Рудов сославшись на то, что необходимо проверить караульные посты, накинул просторный, достающий до пят плащ, и отправился к северному флигелю, сторонясь и обходя тусклые керосиновые фонари.
Но пока, оставим ненадолго нашего героя, и перенесемся в покои Великой Княгини.
Петр Федорович уже с вечера отмечал прибытие из своей родной Голштинии группу приближенных ему земляков. Из них, в будущем, он сформирует корпус, который так и будет называться Голштинским.
Зная, что попойки супруга длятся порой всю ночь, Екатерина позвала к себе свою преданную Лизу.
Помоги платье застегнуть и волосы мне наверх прибери, да поживее! Да не тяни ты так сильно! раздраженно прикрикнула она на свою фрейлину. Кто спрашивать будет, скажешь, что мне нездоровится, мучают мигрени; просила ни при каком предлоге не беспокоить. Лиза ты поняла?
Я все поняла, Ваше Высочество. Все исполню, будьте спокойны, кротко пролепетала она, зная, что когда госпожа раздражена недалеко и до затрещины.
Закончив со сборами, Екатерина поцеловала девушку в лоб. Как вернусь, я тебя извещу.
И не вздумай уснуть мне! строго добавила она, подойдя к часам, стоящим на комоде.
Надев накидку с капюшоном, Великая Княгиня направилась к месту встречи, зная все закоулки дворца, где можно было ночью пройти незамеченной. Коридоры северного флигеля были не освещены. Заранее взяв канделябр с горящими свечами, она благополучно добралась до портретной галереи. Осторожно отомкнув дверь, Екатерина юркнула внутрь.
Стены небольшого зала были увешаны портретами. Возле камина стоял массивный круглый стол с четырьмя стульями. К галереи примыкала небольшая комнатка, где хранились рамы и холсты, которые еще не были развешены. Поставив на стол канделябр, и оглянувшись вокруг, ей вдруг показалось, что лица с портретов смотрят на нее, словно живые, а десятки глаз показались ей недобрыми и злыми. За окном была черная ночь. Шум ливня, доносившийся с улицы, почему то тревожил ее сознание.