Всего за 288 руб. Купить полную версию
Шо, язык в дупу засунув?
Опусти их, Моряк сказал контактер
Ступайте, хло. Бильш на очи не потрапляйте. Бо замочу
Один из боевиков отступил и негры бросились бежать.
14 мая 2022 года. Львов, Украина. Бандеровщина
Львов. Город Льва.
Возможно последний город той, старой Европы, Европы до 1914 года, чудесным образом законсервировавшийся во времени и в девяносто первом внезапно для всех и может для себя самого вышедший на авансцену истории.
Когда Украина стала независимой она и по территории и по численности почти соответствовала Австро-Венгрии до развала, частью которой, кстати, был Львов, тогда Лемберг. Случайность?
Или усмешка истории?
Мощеные булыжником улицы, типично европейская архитектура центра, готические шпили костелов соседствуют с луковками куполов православных церквей. Святоюр символ и свидетель украинской независимости, самой ее идеи. Бренькающие на поворотах трамваи старой европейской колеи всего тысяча миллиметров, так же как в Виннице. Сильно не похожий на украинский язык львивская гвара, вместе с ее колежанками, филижанками и дефилядой.
Бандеровщина. Бандера здесь даже не символ, он соль и кровь этой земли, Бандера может сидеть за соседним столиком в кафе, его вы можете задеть на выходе из трамвая и извиниться бандеровщина здесь не вызов России, как в Киеве, это сама жизнь, ее образ, ее смысл. Вечная борьба, почти всегда неравная, выживание под ударами чужих государственных машин. Бандера и вера. Вера здесь не католическая и не православная нечто среднее, но при этом очень сильная. Здесь у сельских дорог стоят каплички с иконами, здесь члены избирательной комиссии не напоказ, а искренне молятся перед заседанием, здесь всем городом хоронили митрополита Андрея Шептицкого. Та вера, что убита восточнее, что превратилась скорее в ритуал здесь живая и искренняя.
Здесь нет ненависти, как ни странно ты ее не чувствуешь. Ты чувствуешь, что ты чужой. Что здесь все иначе, что тут жизнь устраивается и складывается совсем по-другому. И люди готовы защищать этот свой уклад жизни с обрезом или автоматом с чем угодно. Как только ты это понимаешь ты даже на бандеровщину начинаешь смотреть несколько иначе. Люди как могли защищали свой образ жизни. Свой, не наш. Если в Киеве ты свой, то тут ты чужой. И вопрос в том где провести черту, за которой терроризм превращается в героизм
Сейчас Львов затаился. Думает. Нынешняя власть его не устраивает но сил пока нет. У польского консульства на Коцюбинского километровая очередь: сдают и получают биометрию, оформляют документы на карту поляка, позволяющую учиться и лечиться в Польше. Все больше и больше украинцев бросают свою мати Украину, едут в Европу в поисках лучшей доли. Эту очередь не трогают даже молодчики УНС, рыскающие по городу в поисках кого бы избить. Понимают здесь шутить не будут, поставят на ножи
Одна из штаб-квартир УНС находится на Чайковского, напротив здания, которое снимает под свои нужды европейская миссия по реконструкции. Европейцев не трогают, европейцы же идя на работу, стараются не замечать то и дело выходящих из арки молодчиков в черной форме с красными повязками, автомобили с наклейками в виде свастики. Фашистов на Украине нет, Украина это развивающаяся демократия
Сейчас на Чайковского не протолкнуться. Несколько машин на европейских номерах заполонили узкую улочку, заставляя прохожих жаться к стенам. Настоящие европейские машины, не дрянь на литовских номерах, которые покупают, чтобы пошлину не платить. Так как во Львове ситуация неоднозначная принимающая сторона выставила бойцов на посты, а то машины и вскрыть могут, а то угнать. Прохожие стараются не замечать дробовиков в руках бойцов а полиция сюда даже вызовы не принимает
Двое, в черных рубашках зашли в арку, где был офис партии УНС (Украинская народная самооборона), один из них, увидев во дворике незнакомцев и безошибочно опознав в них европейцев, дурачась вскинул руку в нацистском приветствии
Хайль Гитлер!
Второй толкнул, рванул руку товарища вниз ты что делаешь, дурак! Не здесь же!
В самом офисе под настоящий львовский кофе идет неспешный, но конкретный деловой разговор
Не я не понял. Вы нам предлагаете бросить фронт что ли?