Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
В этой связи, к примеру в СССР перед Государственным комитетом по гидрометеорологии и контролю природной среды (ГОСКОМГИДРОМЕТОМ СССР), и в других странах перед соответствующими организациями, встала дилемма, в рамках каких структур развивать эти работы. Можно было создать соответствующие подразделения внутри военных ведомств либо военизировать уже созданные организации в системе метеорологических ведомств.
В разных странах эта задача решалась по-разному. В Аргентине, Бразилии, США, Франции, Испании, Китае, Израиле, Венгрии и т. д. были созданы либо научные либо коммерческие организации.
Для примера.
Болгарское правительство выбрало свой путь. В Болгарии исследовательскую часть проблемы оставили за национальной Гидрометслужбой и Академией наук. Производственную часть поручили выполнять армии. Болгарскую противоградовую службу в статусе руководителя одного из управлений министерства обороны возглавил полковник Иван Кчев Петров, ранее возглавлявший управление безопасности полётов авиации Болгарской армии. Он попросил меня быть его научным консультантом и в скором времени мы стали с ним очень близкими единомышленниками и друзьями. Друзьями стали и наши семьи.
В его квартире в Софии была наша комната, а его жена Гена к нашему приезду готовила чушки (длинные красные маринованные перцы, а по-болгарски чушки), болгарские банницы (лепёшки) с сыром и винцо. Так они называли вино Мускет собственного производства из винограда с аналогичным названием. Виноград они выращивали и собирали на своих участках родительских домов в деревнях. Днём мы ездили по его полигонам, где я читал лекции, помогал в анализе проведенных воздействий на градовые процессы и встречался со специалистами, а по вечерам мы с Иваном сидя у него на балконе в Софии распевали песни, в основном военного времени. В тот период мы были счастливы. Работа нас радовала, результаты работы были достаточно хорошими. Однажды болгары пригласили меня помочь подготовить по заданию Первого Секретаря Компартии Болгарии Тодора Живкова пятилетнюю программу развития работ в области активных воздействий на облачные процессы. Дело было зимой. Было очень холодно. Вернувшись с такой поездки в регионы Къчев, Петров решил якобы по заданию Живкова угостить меня горячей ракией. Ракия это такая водка, как правило она изготавливается из сливы. Так вот теперь я знаю, что пить её горячей без специальной подготовки к процессу не только не возможно, но и опасно. Можно просто задохнуться. Нужно, прежде всего, прекратить дышать и ртом, и, главное, носом, затаив дыхание выпить этот обжигающий напиток и лишь потом начинать дышать. Точно такой же напиток есть в Румынии. Там он называется Цуйка. На Украине и в России это самогон, в Бразилии Кашаса, в Канаде только виски и ром, в Китае рисовая слабая по крепости водка и пиво, в Израиле вино, виски или пиво. Я далеко не специалист и не охотник по этим напиткам, но всё попробовал и с уважением отношусь к людям, которые все эти напитки создают. Есть немало обстоятельств, когда интеллигентное использование этих напитков позволяет людям за рюмочкой одного из этих напитков разговаривать и решать многие вопросы. А вот в Молдавии ничего подобного в широком применении нет. Там при простуде сельский, да и городской Молдаванин будет рекомендовать Вам выпить извар. Извар это подогретое с сахаром вино Каберне, а в обычном ритме жизни это конечно вино или коньяк. Вино пьют стаканами или бокалами, коньяк рюмками. И вина, и коньяки Молдавии заслуживают самых высоких оценок. Признаюсь, что скучаю по молдавскому сухому мускату с завода в Корнештах, Негру и Роше де Пуркар с деревни Пуркары бывшего Суворовского района, Каберне из винограда Чимишлийского района, каберне Чумай Вулканештского района и коньяками Тираспольского завода. А что пьют в Израиле? Местные евреи пьют в основном сок, репатрианты то, что было в их традициях до приезда в Израиль. Это оценки человека не пьющего, но всё таки человека.
Иван был заядлым охотником. Однажды он для охоты на косулю привлёк меня и Владимира Захарова. Мы с Владимиром по приглашению Къчева были в Болгарии для оказания помощи при формировании пятилетнего плана развития противоградовых работ. Всё было по всем охотничьим правилам. Поездка в горы близ границы с Югославией, утренний завтрак в доме у местного жителя с другими охотниками, переодевание в специальную одежду (была зима) и наконец то выезд на позицию. Для меня Болгария чужая страна, где я не имел право брать в руки оружие. К тому же меня одели для охоты в какие то одежды, в которых я еле еле передвигал ноги. Идти нужно было в горы. Нет, нет, я идти в дальний путь по горам не могу. Поэтому я остаюсь в местной овчарне (правильнее в кошаре), где овечий пастух угощает меня вкуснейшей незабываемого вкуса брынзой, непременно с винцом, рассказывает разные истории о своей пастушьей жизни в горах. Владимир отправляется с охотниками. Возвращаются часа через два охотники с добычей. Они по лицензии «завалили» оленя. Делят добычу между собой. Ставят большую банку на дереве и дают мне сделать пару выстрелов по ней. Я, в нарушение правил для иностранца, стреляю. В банку попадаю. Это и есть моё участие в охоте. Охотники довольны. Мы с Иваном и Владимиром уезжаем в Софию к Къчеву домой. Вечером нам его очень приветливая жена Гена готовит ужин из этой охотничьей добычи. Живём мы с Владимиром Захаровым в хорошей гостинице в 100 метрах от дома Къчева. Выпив ракию и по стаканчику вина, покушав прекрасно приготовленные охотничьи трофеи, мы с Владимиром идём к себе в гостиницу.