Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
Младенец, огненный, пламенный младенец появился в свой срок, и как сын Лето, он был рожден на острове, который правда не плыл в океане, а только омывался им, но никого из близких, кроме сурового деда, который часто у них бывал, ребенок в те дни не мог видеть. Да и вечно тоскующая мать, то рыдала, то смеялась, но все время была чем-то недовольна. Никакой любви и ласки он не видел и не чувствовал никогда и это породило в душе его спесь и гордыню.
Фаэтон так они назвали младенца, как только что-то начал понимать, прислушивался к разговору матушки с дедом. И хотя пока много не знал, не понимал, но все-таки догадался, что их почему-то спрятали на том самом острове, где даже Сатиров невозможно было отыскать, а ведь сатиры были везде, только тут пустота и печаль. Но в чем же они провинились так пере миром?
Я хочу вернуться домой, твердила она, все время, как только к ним заглядывал его дед. Там мой возлюбленный, и это я подарила ему сына, а не твоя Персея. Он, наверное, даже не ведает о том, но скоро он все узнает, и тогда вам всем будет туго.
Но Старик оставался злым и суровым:
Надо было раньше думать, когда ты в постель к мужу сестры прыгала, отвечал Океан, а теперь оставайся пока тут, там тебе больше нечего делать.
Но оба они понимали, что отступать вероломная девица не собиралась. Она часами смотрела в небо, и говорила парню, что там остается его отец.
Наступит день, когда и ты побываешь там обязательно, прокатишься по небу в золотой колеснице, потому что ты его сын. Он не сможет тебе в том отказать, а может и вовсе заберет с собой. Только подожди немного, и ты получишь все, что есть у детей Персы.
Однажды на остров заглянула Эрида, она с самого начала знала, где они прячут девицу, но долго там не появлялась. И только после того, как парень повзрослел, она решила побывать там и все увидеть своими глазами.
Эрида долго разговаривала с Климентой, ничем ее утешить так и не смогла, только сказала, что так будет не только с ней и с ее сыном.
Дочь Персы тоже будет жить на далеком острове почти все время в одиночестве, и редко кому ее захочется навещать. Ну если тебя это утешит, то знай, что судьбы ваши так похожи.
Да, но это ее желание, ей не нужно ни от кого прятаться, стонала Климента.
Она понимала, как она тоскует без Гелиоса, как ей становится плохо, скверно, и что может быть с нею на этом, покинутом богами краю земли, где даже ни один сатир не появляется. Ей все-таки придется расплатиться за то, что она совершила. Она не сможет уйти от расплаты.
Услышав о сатирах, Эрида усмехнулась:
Тут можешь не волноваться, будут тебе сатиры, жаль, что раньше не знала. Я бы тебе парочку уж пригнала, но не плачь, долго их ждать не придется. Такого добра везде хватает, и у тебя они будут тоже
Говоря о Цирцее, Эрида умолчала о том, что сменятся времена, Титаны останутся на краю света, проигравшие в войне с богами и не могут жить иначе. И о новых богах она ничего говорить не стала. Пусть все остается как есть. Ничего другого ей и не хотелось больше. Всему свое время
Глава 12 Встреча с возлюбленной
Когда Эрида поспешно покинула остров, она там и так задержалась слишком долго, а ведь у нее были дела, ее ждали в других местах, а если и не ждали, то она все равно там появится, ведь самое главное самой чувствовать себя нужной, а потом убедить в том остальных.
Климента совсем затосковала, и все таким постылым ей показалось, что хоть волком вой, но пока отчаиваться и паниковать она не собиралась, ведь все могло измениться в один миг.
Когда дева остается в одиночестве и печали с ребенком на руках, она способна на самые невероятные поступки, так было и на этот раз.
Как только появился обещанный Эридой сатир, она тут же отправила его к Гелиосу и пригласила в гости возлюбленного, давно пора кое-что прояснить и обрести какую-то уверенность, теперь она не одна, у них родился сын, это очень важно.
Сатир скептический усмехнулся, ему не хотелось туда подниматься, но делать все равно нечего.
И не смей возвращаться, пока не добьёшься его согласия, заявила Климента.
Сатир заверил, что он сделает все, что в его силах, а может и больше и исчез. Ему хотелось исчезнуть с этого пустого острова совсем, чтобы никогда не видеть несчастную дочь Океана. И он бы так и сделал, если бы не был уверен, что Эрида его из-под земли достанет, и жизнь на том самом острове ему покажется раем, по сравнению с той, какую она для него устроит потом.