Всего за 51.9 руб. Купить полную версию
Другая несбывшаяся мечта профессиональная аккредитация профессиональными сообществами образовательных программ. Она вроде есть, но она добровольная, хотя Роскомобрандзор добавляет пару баллов учебному заведению за наличие таковой при мониторинге и продлении лицензии. Необязательность и платность этой процедуры перечёркивают на нет все старания профессиональных сообществ и работодателей получить доступ к контролю качества программ.
Следующий негативный момент формальное образование продолжает наполняться абитуриентами поколения ЕГЭ. И чем дальше этот процесс идёт, тем менее надежд на улучшение.
И последнее. Независимая от образования система оценки квалификаций была запущена в июле 2016 года, а в учебных заведениях проведение профессионального экзамена перед государственной аттестацией запускается только в 2022 году и то, как пилотный вариант. Хотя, и здесь возникает вопрос а почему этот экзамен проводят в учебном заведении, если он изначально независим от образования. Думаю, что снова подсуетились сами вузы и сузы, дабы создать ту же иллюзию процесса и скрыть реальный уровень готовности выпускников к профессиональной деятельности. Профанация на лицо.
В общем, сказанное выше я уже выносил на суд экспертного сообщества в прежних своих работах и не стану дальше развивать критику сложившейся практики, заключив лишь определением первого образа российской системы образования:
Неповоротливая и малоэффективная государственная система формального профессионального образования, постоянно отстающая от быстроменяющихся требований рынка труда, застрявшая в старых образовательных технологиях, преподавальческом консерватизме, в болоте административно- бюрократического тотального надзора и чрезмерного контроля.
Понимание иллюзорности надеж на самосовершенствование государственной системы подтолкнуло ряд крупных и утвердившихся на мировом рынке акул российской промышленности к созданию собственных (корпоративных) учебных заведений, где названные в начале статьи правила были легко приняты и реализованы. Наименования, структура, правовые формы, уровень предоставляемого образования в каждом случае различаются и наверняка нет единой модели, но, во-первых, процесс на стадии становления, во-вторых, каждая корпорация решает через них только самые острые и насущные проблемы своего персонала, в третьих, аппетиты соизмеряются с материальными возможностями и стратегией развития. Где-то мы можем увидеть центры подготовки рабочих кадров, в другом месте действуют учебно-производственные курсы повышения квалификаций и переподготовки персонала, в наиболее больших отраслевых объединениях ставятся более амбициозные задачи подготовки специалистов с высшим образованием в корпоративных университетах. Разные подходы и к формированию преподавательского состава: от привлечения собственных высококвалифицированных мастеров до найма профессорского состава из отраслевых вузов или проектных институтов.
Неискушённый читатель может задать в связи с этим вопрос: «А не лучше-ли тогда сразу отказаться от государственной формальной системы образования, переведя его внутрь корпораций или отраслей, обеспечив тем самым тесную взаимосвязь с работодателями, исключив из цепи посредников в лице чиновничьего надзорного аппарата?»
Ответ не может быть односложным и мы должны отдавать себе отчёт, выбивая фундамент из-под, пусть даже, устаревшего и ветхого небоскрёба мы рискуем остаться под его обломками. Не лучше ли сначала построить в округе один большой квартал со- множеством разнообразных по величине, значимости и уровню зданий, составляющих целый комплекс профессионального образования на производстве. Тем самым открывается окно новых возможностей:
для работодателей, которых впереди ждёт не просто зона, а целая эпоха турбулентности на рынке квалифицированных профессионалов;
для человека, нуждающегося в бесплатном, качественном профессиональном образовании, одновременно повышая квалификацию и обеспечивая себе профессиональный рост без отрыва от производства;
для государства, заинтересованного в росте внутреннего валового продукта, в снижении непродуктивных затрат, высокой стоимости на международном рынке труда национальных трудовых ресурсов, способных обеспечить технологический прорыв и экономическую независимость страны в будущем.