Всего за 199 руб. Купить полную версию
Только не понимаю, каким чудесным образом могут найти время для затяжного сеанса тантрического секса те, кто каждый будний день проводит девять часов на работе, три часа в дороге, не менее получаса в магазине и как минимум столько же у кухонной плиты? А еще нужно помыть посуду, одежки всем членам семьи на завтра приготовить, загрузить и разгрузить стиралку, позвонить родителям, почитать книжку, подпилить ногти себе и надавать по лапам коту, раздирающему когтями диван, сделать маску для лица и уроки с ребенком»
Ты это о ком и для кого сейчас пишешь? влез с критическим замечанием мой внутренний голос. Напоминаю: среди клубных дам нет трудящихся в поте лица, они сплошь богатые бездельницы, страдающие от скуки.
Я снова почесала в затылке, подумала немного и переписала абзац:
«Я только не понимаю, каким чудесным образом могут найти время для затяжного сеанса тантрического секса те, кто каждый будний день проводит четыре часа на фитнесе, три у косметолога, два у парикмахера и с трудом выкраивает час на посиделки с подружками за смузи с безглютеновым десертом?»
Внутренний критик покривился, но промолчал, и я пошла дальше:
«У среднестатистической работающей женщины миллион дел, а не алых роз!»
Критик кашлянул. Я вздохнула и поправила фразу:
«У каждой нормальной женщины миллион дел, а не алых роз! Розы оптом многие из нас получают только посмертно. Но не будем о грустном. Утешим себя тем, что мужчинам тоже нелегко живется, однако они крайне редко отказываются от вечернего сеанса любовных игр по причине головной боли.
Вот интересно почему? Может, у мужчин головы как-то иначе устроены?
Впрочем, это риторический вопрос. Нас интересует другой вполне конкретный и жизненный: как на закате долгого многотрудного дня прийти к вечернему сексу в подходящем расположении духа и тела и получить в итоге хороший результат?»
Не вполне понимаю, почему речь исключительно о вечернем сексе, снова подал голос мой внутренний критик.
Просто потому, что заседание клуба, на котором Дора будет произносить эту речь, пройдет в конце дня, объяснила я.
Ладно, тогда продолжай.
Но я уже иссякла вдохновение улетучилось. Я прислушалась, надеясь, что капризная муза мне еще что-нибудь нашепчет, но уловила только приглушенный шум в коридоре. Пока я строчила текст Дориной речи, под дверью вздыхал, шуршал и скребся Караваев.
Лю-уся, Люсь-люсь-люсь! призывно посвистывал он. Ты почему от меня заперлась? Ты что там делаешь?
Заперлась, чтобы ты не мешал. Я работаю.
Сейчас? Летом, у моря, в знойный полдень, так располагающий к сиесте с холодной сангрией и спелыми персиками?
За дверью что-то с намеком звякнуло и булькнуло.
Ты демон-искуситель, буркнула я, не отрывая пальцы от клавиатуры. Изыди! Я сочиняю Доре речь про секс.
Из головы? А если с натуры? Будет живее, красочнее, убедительнее! страстно зашептал демон.
За красочность у нас Петрик отвечает, к нему постучись, сердясь, съязвила я.
Сангрии с персиками захотелось ужасно.
К Петрику уже Покровский постучался, они там вместе работают. Не хочу даже думать, над чем и как.
Предполагалось, что над эскизами. Я вздохнула, закрыла макбук и пошла открывать дверь Караваеву, сангрии и персикам.
Где-то через час мне позвонила Доронина. К этому моменту персики мы с Караваевым съели, сангрию выпили, другими приятными занятиями тоже не пренебрегли, так что Дора, можно сказать, удачно попала, ничему не помешав.
Люся!
Да-а-а? томно откликнулась я.
А где мои рыбы?
Я нахмурилась, не уловив суть вопроса, и попыталась уточнить:
Твои рыбоньки? То есть мы с Петриком? А мы
Вы в бездне разврата, это понятно, перебила меня Доронина. Я спрашиваю, где мои рыбы? Те, из аквариума, которые часть нашего плана Б?
В смысле? Я села в постели. Я же видела их, когда мы приходили к тебе с докладом
Так приди и посмотри еще раз! Дора бросила трубку.
М-м-м-м? вопросительно промычал задремавший Караваев, когда я перелезла через него, как через бруствер окопа, и стала торопливо одеваться, точно солдат по тревоге.
Аврал! ответила я коротко и вылетела из комнаты.
Петрик, свежий, как майская роза, поливал в гостиной горшечные растения. Я выхватила у него лейку, поставила ее на подоконник и потянула друга за собой.