Всего за 488 руб. Купить полную версию
А в Европу потянулись беженцы. Это новое нашествие сарацинов. Они когда-то обещали вернуться, и они вернулись
Если бы время мельчить дробя. Повернуть его вспять Но тщетно.
Ты расскажи мне об исламе, девочка. Ведь ты о нём уже столько знаешь. И стала слишком серьёзной. Исчезли вдруг улыбка и радость. А давай, как раньше, выпьем вина и будем горланить песни до рассвета
Но тебе нельзя, я знаю. Новая жизнь, новое имя, новый смысл. Ты нашла свою истину. А себя потеряла. Скажи мне, почему Всевышний не остановит занесённую над головой пленника руку с ножом? Почему разрешает обагрить землю кровью? Кто вынул из них душу, а вместо неё поместил чёрный камень? Такой же чёрный и твёрдый, как священный камень самой Каабы в Мекке.
Под чёрные знамена джихада встают новые воины свежее пушечное мясо. Молодые, красивые, сильные, с камнем в груди вместо сердца. Они идут освобождать мир от скверны, защищать братьев и сестёр по вере, они ищут справедливости. А находят лишь смерть. Свою и чужую. Они ведь не знают главного: джихад это борьба со своими пороками и страстями. И прежде чем идти защищать свою веру, ты должен убить не другого неверного. Ты должен убить в себе зверя, внутреннего демона и стать человеком
Ислам религия мира.
ИГИЛ религия смерти.
Сражаться на стороне Бога или дьявола каждый выбирает сам.
Так расскажи мне об исламе, девочка и выдерни чеку
2015 год
ВРЕМЯ РАЗБРОСАННЫХ КАМНЕЙ
Когда я вспоминаю Ближний Восток пятнадцатилетней давности, то понимаю, что все проблемы того времени личные, мировые, реальные и придуманные, все они были ничтожны по сравнению с нынешней вселенской бедой.
Беда обрушилась на людей так жутко, так сладострастно, перемалывая в своих жерновах человеческие жизни и судьбы. Она ворвалась в каждый дом Сирии, Ливии, Ирака, Йемена. Но какое нам дело до чужой беды? Бесконечное горе, разливающееся по миру чёрно-кровавой волной, никого уже не удивляет. И что самое страшное не трогает. Мы надеваем на сердце стальную броню, закрываем на ключик мысли и эмоции.
Не думать.
Не чувствовать.
Не плакать.
Безумие, смерть и зло они далеко. На Востоке. И нас не коснутся.
Погружаться в прошлое больно. Там остались планы и надежды, детский смех и тёплый закат над Дамаском. И мирный нежный азан*, и звон колоколов на Пасху Да, на Ближнем Востоке всегда праздновали Христово Воскресение. И католики, и марониты, и православные.
Сегодня в размытом фокусе объектива, слегка окропленном кровью, трепещет чёрное знамя нового миропорядка, в котором ни мира, ни порядка, ни жизни. Лишь смерть и камни.
Исламское Государство (ИГИЛ), захватившее треть Сирии и почти половину Ирака, планомерно уничтожает христианские святыни, вырезает кланами изидов, ассирийцев, курдов, аллавитов, христиан и «неправильных» мусульман. Развалилась Ливия. В этой стране существуют фактически два правительства и орды головорезов, которые сражаются друг с другом за кусок пустыни с нефтяным колодцем. Планомерно бомбят Йемен, стирая с лица земли древнейшие красоты культурного наследия. День за днем под девизом борьбы с идолопоклонничеством разрушают христианские святыни Ближнего Востока, превращая в груды камней храмы, колонны, памятники, статуи, лики За четыре года войны в Сирии пострадали около 300 объектов культурного наследия это только то, что смогли подсчитать.
В марте 2015 года исламисты захватили на юге страны охраняемый ЮНЕСКО город Босра.
В конце апреля был разрушен ассирийский храм Мар Одишо и взорвана армянская церковь XV века Сорока Мучеников в Алеппо. В мае к ногам бойцов Исламского государства пала Пальмира.
«Невеста пустыни» так называли древнюю Пальмиру, один из богатейших городов поздней античности, расположенный между Дамаском и Евфратом, некогда служивший перевалочным пунктом для караванов, пересекавших Сирийскую пустыню.
Развалины Пальмиры принадлежат к числу лучших образцов древнеримской архитектуры, признанных ЮНЕСКО памятником мирового значения.
Нажать на пульте кнопку перемотки. Назад, назад, назад.Туда, в жизнь, где при «диктаторах» и «попирателях демократических свобод» много лет назад мирно жили люди, дети ходили в школы, у них было детство и живые родители. С неба не падали бомбы.
Людям не резали горло, как жертвенным животным в священный месяц Рамадан. Тогда, в прошлом, у любого человека, даже бедняка, было будущее, надежды, планы на завтра. Был мир.