В конце концов Курио, стоявший на коленях со скорбно склоненной головой, не выдержал:
- Стадо ослов!
- Практики не хватает... - пояснил Капрал. - Все-таки кое-что вышло. Остальное сделает завтра падре.
Кинкас остался равнодушен к молитве, наверно, ему было жарко в плотном костюме. Прилизанный Негр смотрел на друга. Надо все-таки что-нибудь для него сделать, раз молитва не получилась. Может быть, спеть ему из кандомбле? Что-то они ведь должны сделать!
Он обратился к Ветрогону:
- Где твоя жаба? Дай ему...
- Это не жаба, а лягушка. Только зачем она ему теперь?
- А может, ему понравится.
Ветрогон достал лягушку и осторожно положил ее на скрещенные руки Кинкаса. Мерцающее пламя свечей осветило лягушку, зеленоватые отблески вспыхнули на лице трупа. Лягушка прыгнула и спряталась в глубине гроба.
Капрал Мартин и Курио снова заспорили из-за Пучеглазой Китерии. Выпив, Курио сделался воинственнее и энергично поднимал голос в защиту своих интересов. Прилизанный Негр возмутился:
- Не стыдно вам спорить тут, у него на глазах?
Он еще ее остыл, а вы, как урубу [Урубу - южноамериканский гриф], набросились на падаль.
- Пусть он сам решит... - предложил Ветрогон.
Он надеялся, что Кинкас выберет его в наследники и именно ему завещает Китерию, свою единственную собственность. Разве не он принес Кинкасу в подарок зеленую лягушку, самую замечательную из всех, что ему приходилось видеть?
- Гм! - послышалось из гроба.
- Видите? Ему этот разговор не по душе, - рассердился Негр.
- Надо ему тоже дать глотнуть... - сказал Капрал. Ему хотелось заслужить благодарность покойника.
Кинкасу открыли рот и принялись вливать в него кашасу. Кашаса полилась на пиджак, на рубашку...
- Я еще не видел, чтобы кто-нибудь пил лежа...
- Надо его посадить. Так он и нас будет лучше видеть.
Кинкаса усадили на ящик, его голова качалась из стороны в сторону. После глотка кашасы он улыбался еще шире.
- Хороший пиджак... - Капрал Мартин рассматривал материю. - Глупо надевать новый костюм на покойника. Умер - и конец, отправляйся в землю. Кормить червей хорошей одеждой... а ведь сколько людей, которым нечего носить...
- Вот это чистая правда, - поддержали все.
Кинкасу дали еще глоток, он качнул головой, конечно, он тоже не возражал, он всегда соглашался с разумными доводами.
- И потом он испортит костюм кашасой,
- Лучше снять с него пиджак.
Казалось, Кинкасу стало легче, когда с него стянули тяжелый плотный черный пиджак. Но он все выплевывал кашасу, пришлось снять и рубашку. Курио загляделся на блестящие ботинки покойника; его собственные были все в дырах.
- Зачем мертвецу новые ботинки, правда, Кинкас? А мне они как раз по ноге.
Прилизанный Негр притащил старую одежду друга, брошенную в углу комнаты. Кинкаса одели, и тогда все узнали его:
- Вот это и вправду наш старый Кинкас.
Друзья повеселели. Кинкас, похоже, тоже был доволен, в старой одежде ему было удобнее. Особенно он был благодарен Курио - проклятые ботинки так жали ноги! Но этот дурак вздумал полезть к Кинкасу с разговорами насчет Китерии. Он стал шептать ему что-то на ухо. Разве можно так делать? Ведь говорил же Прилизанный Негр, что это раздражает Кинкаса! Покойник рассердился и выплюнул струю кашасы прямо в лицо Курио. Приятели задрожали от страха.
- Он взбесился.
- Я же говорил!
Ветрогон надел новые брюки, пиджак достался Капралу. Рубашку Прилизанный Негр выменяет в знакомой таверне на бутылку кашасы. Капрал Мартин вежливо сказал Кинкасу:
- Я не хочу никого обижать, но, говоря откровенно, твоя семейка довольно-таки бережлива.
- Сквалыги... - уточнил Кинкас.
- Раз ты сам так говоришь, значит, правда. Мы боялись оскорбить их, в конце концов ведь это твои родственники. Но что за скряги!..