Всего за 249 руб. Купить полную версию
Откуда мальчик взялся никто не знал. Его нашли два года назад на морском берегу рядом с мёртвой женщиной, не похожей на местных, голубоглазой и светловолосой. Таким же был и её сын. И у обоих на левой ключице была вытатуирована замысловатая руна, значения которой никто не знал. Были они рабами или знатными, посланниками дьявола или добрым даром один Господь ведал. Мирослав, которому нужен был помощник, а собственные дети выросли и не захотели продолжать отцовское дело, решил, что найдёныш всё же подарок Бога, то бишь Теодор, и взял его к себе.
К слову сказать, на хозяина мальчику не за что было обижаться. Многие отпрыски портовых девок посчитали бы за счастье жить у пекаря Мирослава. С утра Тео доставался рогалик из первой печи. Иногда везло и он ел на завтрак вчерашний пройя с козьим сыром или приганич с мёдом из не продавшихся накануне. Днём лавочники часто угощали помощника пекаря сыром или куском кровяной колбасы. А уж вечером Тео и вовсе получал добрый ужин с хозяйского стола. Жилось не только сытно, но и уютно: под лестницей, что шла вверх из булочной, Мирослав поставил для мальчика скамейку с подушкой и лоскутным покрывалом, где ладно было спать, когда спадала жара.
Жара Вот то единственное, что делало жизнь Тео несчастной. И то, от чего нельзя было избавиться, когда живёшь при пекаре. В тесных домах городка не ставили больших хлебных печей, потому как они занимали много места и творили много жара, который летом в здешних краях и без того был наказаньем. Выпечку покупали у булочника, но некоторые хозяйки месили тесто сами и присылали младших детей к пекарю, чтобы испечь свои пироги в его печи.
Утром Тео разносил хлеб по домам, потом нёс лепёшки страже на Морских воротах, иногда доставлял рогалики и галеты в порт кокам, чьи корабли готовились отплыть. Потом он доставлял выпечку к обеду. Ближе к вечеру в его обязанности входило чистить печь от золы. А потом мальчик нёс хлеб вечерней страже на Южные ворота. И только потом у него было около часа, чтобы выйти за городские стены и лечь в прохладе у ручья. Ему нравилось подставлять руку прохладным струям или запускать пальцы в песок и смотреть на них сквозь толщу прозрачной воды.
Он оставался за стеной, пока не бил воротный колокол. Этот звук был сигналом, что нужно возвращаться домой к ужину, пока не закрылись городские ворота.
После ужина, когда стемнеет, Тео играл с другими мальчишками в камешки. А иногда они сидели и под свист цикад рассказывали друг другу страшные истории. Однажды мальчик услышал легенду о том, почему стали закрывать ворота города на ночь. Понятно, что порядочным людям неоткуда взяться ни с гор, ни с моря в кромешной тьме, но дело было не только в этом. Многомного лет назад из леса приходил оборотень, который воровал детей и поросят. И чтобы защититься от него, вокруг города построили стену. И стали закрывать на ночь ворота. И бургомистр издал указ, дескать, кто убьёт оборотня и избавит жителей от напасти, тот поселится с ним во дворце и будет есть и пить до конца своих дней за счёт городской казны.
Эх, вот бы всю жизнь есть свежий хлеб с ветчиной, и чтоб больше никогда не отправляли с поручениями!
Да, хорошо жить во дворце, наверное. Там прохладно Видали, какие у него стеныто толстые? И, небось, ни одной печки там нет, от которой жарко.
Да
Вот бы оборотня одолеть.
Да я бы ни за что на оборотня не пошёл! А если не сдюжу?! Охота, чтобы он меня в горы унёс да сожрал?
Да и мне неохота Не приведи, Боже, за городской стеной ночью остаться!
Вранье всё это про оборотня
Тот день у Тео не задался. И без того он был жарким, как адское пекло, так ещё кок с торгового корабля надавал мальчишке тумаков и отправил с товаром назад. Уж неясно, кто там напутал, пекарь или кок, да только пришлось полные корзины обратно в лавку нести, а потом по второму разу идти в порт с другими. Мирослав был честным и добрым, своим именем дорожил, а потому с покупателями никогда не ссорился и угождал всем. Всем, да только не ногам белобрысого подкидыша.
Спотыкаясь, Тео добрался до Южных ворот, отдал лепёшки караулу и побрёл к своему ручью. А стражник ещё и прокричал ему вслед:
Слышь, голубоглазый, не забудь вернуться до ночи, а то оборотень таких как ты сроду не пробовал ещё!
Тео махнул рукой, чуть не заплакав, уж больно его всегда доставал этот задира. Дошёл до своего ручья в тени гор, и там его сморил такой крепкий сон, что мальчик не услышал, как бил воротный колокол на закате.