Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Сотворив таким кровожадным образом истинную пищу богов, Фьялар и Галар не успокоились. Следующей жертвой карликов стал инеистый великан по имени Гиллинг. Простодушного исполина подельники заманили покататься на лодке и устроили так, что лодка наскочила на подводный камень: в итоге Гиллинг погиб. Родичи Гиллинга, взъярившись, решили пойти на рудокопов войной, желая, если придётся, разровнять все горы и перекопать всю землю, лишь бы только уничтожить ненавистных им гномов. Пришлось Фьялару и Галару идти на мировую с сыном убитого, которого звали Суттунг: он больше всех жаждал мести. Поймав двух мерзавцев, Суттунг отплыл с ними далеко в море и посадил обоих на скалу, которая скрывалась под водой при каждом приливе. Карлики взвыли и сулили великану всё золото, спрятанное ими в горах, но Суттунг не соглашался ни на какие уступки. Делать нечего: в знак примирения гномы передали Суттунгу самое большое своё сокровище чашу с божественным даром. Суттунг спрятал добычу в горе Хнитбьёрк, да так хитро, что знала о том, где находится мёд поэзии, лишь его дочь великанша Гуннлёд.
Высокий не смог стерпеть подобного исхода. Он тотчас отправился в путь в страну холода и, перевалив через горы, пришёл на цветущий луг. Там девять работников великана Бауги, родного брата Суттунга, косили сено. Прикинувшись путником, Один предложил им свою помощь в заточке кос, посетовав на то, что их орудия недостаточно остры: работникам приходится тратить больше сил и за ними остаётся нескошенная трава. Когда косцы согласились, Высокий вытащил из-за пазухи точило и наточил косы, да так, что работники пришли в восторг и пожелали во что бы то ни стало точило купить. Высокий, пожав плечами, сказал, что он не против и продаст точило любому из них, причём за недорогую плату. Среди работников тут же началась свара, каждый хотел забрать точило себе. «Ну что же, сказал тогда Высокий, сделаем так. Подброшу я точило в воздух. Кто первый его схватит, того оно и будет». Один подбросил точило, работники, не выпуская кос из рук, бросились к нему и смертельно порезали друг друга в возникшей давке.
После этого Высокий появился в доме Бауги, назвав себя Бёльверком, то есть Злодеем, такое имя пришлось великану по душе, втёрся к исполину в доверие и остался ночевать у него. Бауги посетовал новому знакомому, что нынче девять его слуг непонятно из-за чего убили друг друга и теперь некому работать на полях и в хлеву. Высокий тотчас предложил себя, взявшись служить за девятерых, а вместо платы попросил один лишь глоток мёда Суттунга. Бауги отвечал, что хоть не он является хозяином мёда, но, так и быть, поможет Бёльверку добыть глоток этого божественного напитка.
Как и было уговорено, Бёльверк батрачил у Бауги всё лето, а с приходом зимы стал требовать платы. Бауги держал слово хозяин с работником тотчас отправились к Суттунгу, и брат попросил брата помочь ему расплатиться, а именно: дать хотя бы один глоток удивительного мёда, но хранитель чаши наотрез отказался расстаться даже с каплей. После этого Бауги ничего не оставалось делать, как войти в сговор с Высоким, ведь он был связан по рукам и ногам данной клятвой. Решили они взять бурав и пробуравить им скалу, за которой хранился мёд Суттунга. Бауги напряг всю свою силу и взялся буравить. Вскоре он заявил Бёльверку, что дело сделано. Тогда работник подул в отверстие, и в лицо ему полетела каменная крошка. Понял Один, что Бауги лукавит, и потребовал бурить дальше. Великан подчинился. Вскоре Высокий дунул второй раз, каменная крошка отлетела вовнутрь. Один тотчас принял обличье змеи и проскользнул в отверстие. Только тогда осознав, кто был перед ним, одураченный Бауги бросил в аса бурав, но опоздал.
Проникнув сквозь гору, Высокий нашёл место, где возле чаши с мёдом скучала юная великанша. Ничего не стоило ему соблазнить Гуннлёд. В неге и в отдыхе с ней он провёл три ночи, ибо девица была ненасытна, а затем в три глотка осушил чашу и впитал весь мёд в себя. Оставалось хитроумному Одину принять облик могучего орла и подняться в небо. Но и Суттунг оказался не лыком шит: увидев летящую над горами птицу, он бросился в погоню, тоже сделавшись орлом. Так один хищник с яростным клёкотом гнался за другим, и летели они до самого Асгарда, где Высокого уже поджидали боги.
Заметив орлов, асы быстро поставили возле ворот огромный котёл. Достигнув Асгарда, Один выплюнул большую часть напитка в тот котёл, а так как Суттунг уже почти нагнал его, то остальную часть выпустил из своего заднего прохода. Остаток мёда, таким образом, разлился по всему Мидгарду, и впоследствии брал ту влагу всякий, кто хотел её взять, но в отличие от собранного в котле истинного мёда разбрызганные повсюду капли помогали всем желающим становиться разве что рифмоплётами, и те, кто питался ими, не имели к искусству скальдов никакого отношения. Вот почему и прозвали мёд, извергнутый из заднего прохода Одина, долей рифмоплётов. Настоящим же напитком богов, оказавшимся в Асгарде, Один впоследствии щедро снабжал асов и тех людей, которые действительно имели дар к божественному искусству.