Всего за 80 руб. Купить полную версию
Вообще, вся эта возня, получившая название «Войны за испанское наследство», меня не слишком заинтересовала: я всегда путалась, кто, за что и с кем воевал. Вот и сейчас, поехав в Испанию, я не озаботилась почитать историю. Потому причины войны и её результат были для меня тёмным лесом. Впрочем, я и не собиралась вдаваться в политику: мне было всё равно, почему какой-то там эрцгерцог Карл решил напялить на себя корону, а внук короля Людовика XIV, незабвенного «короля-солнце», Филипп Анжуйский, решил ему в этом помешать. И куда девался прямой наследник этой самой испанской короны. Хотя, насколько я помнила из истории, этот самый Филипп потом всё же стал испанским королём Филиппом V Испанским. Меня история интересовала только с точки зрения архитектуры: смотреть на прекрасное, созданное руками человека, мне гораздо интереснее, чем читать о том, как эти самые люди уничтожают не ими созданную красоту и себе подобных.
Потерзав библиотекарей, я поехала дальше. Как оказалось, Португалия не так изобиловала горами, как Испания. Хотя и здесь хватает гор и холмов. Я ехала, уже довольно пресыщенная этим зрелищем: всё-таки, Швейцария тоже гористая страна. Одно меня примиряло с Испанией и Португалией: здесь зелень сменялась песками, отсутствовала сырость и было настолько жарко, что я пожалела, что захватила с собой шерстяной кардиган.
Въехав в очередной город, я остановилась перекусить. В ближайшем фонтане я освежила лицо, блестевшее от пота. Вообще, я заметила, в Испании, да и в Португалии полно фонтанов в любой мало-мальски населённой местности. Дань ли это арабским традициям или прихоть жителей, а может просто желание постоянно иметь под рукой живительную влагу, но фонтаны тут были так же привычны, как фьорды в Скандинавии или каналы в Венеции. Видимо, всё же жаркий климат заставлял жителей ценить воду гораздо больше, чем нас, северные народы. Нам вода в иные месяцы просто сыпется с неба в виде непрекращающихся дождей или снега. И её надо отводить, чтобы она не затопила посевы и жильё, а не добывать, чтобы не умереть от жажды
Сидя за столиком летнего кафе и поглощая чай с истекающей кремом булочкой, я рассматривала здания вокруг. Старина, строгость Европы и причудливость Азии, гармония и непередаваемая красота, делающая камни похожими на кружева, даже в этом захолустном месте захватывали дух.
Оставив машину на центральной площади, я пошла бродить по городу, любуясь архитектурой и окружающей природой, гармонично вписывающейся в пейзаж. Зелень деревьев и газонов, голубизна неба и бело-жёлтый камень остроконечных зданий создавали непередаваемое словами сочетание.
Пройдя несколько узких улочек, где по стенам домов и между крыш на тонких проволоках висели горшки с цветами, я вернулась на центральную площадь с причудливым фонтаном. Посидев около него и передохнув, я зашла в строгую церковь, встретившую меня тишиной, неуловимым сумраком и прохладой. Я рассматривала витражи и фрески на стенах, резьбу деревянных балясин и скамей. Тёмное дерево и белый потолок очень хорошо гармонировали здесь между собой. Я опустилась на ближайшую скамью, перекрестившись. В молчании я созерцала окружавшую меня красоту и редких прихожан, которые, скользнув по мне неодобрительным взглядом (я была без мантильи), отвернулись в сторону алтаря и, склонив головы, продолжали тихо перешёптываться. Спохватившись, я натянула на голову кружевную ткань, купленную по случаю в Мадриде. Тишина, покой и умиротворение
Вдруг ко мне подошёл взволнованный священник в сутане с белым воротничком. Он нервно перебирал чётки в длинных тонких пальцах, присущих, скорее, пианисту.
Прошу прощения, сеньора, вы не из газеты? спросил он, поздоровавшись.
Нет, удивлённо ответила я. А вы ждёте журналистов?
Чёрные горошины в его пальцах побежали быстрее.
Признаться, я бы очень не хотел, чтобы они приезжали. Но, вы понимаете, от них не так легко избавиться
Я кивнула. Любопытно, что понадобилось газетчикам в этом городе? Не призрачный же бой их привёл сюда тот был далеко в стороне от сюда, да и случается не в первый раз. И про него, скорее всего, много понаписано, и новое никого не заинтересует.
Что-то случилось? участливо спросила я. Зачем газетчикам понадобилось сюда приезжать?
Священник вздохнул, внимательно оглядел меня, посмотрел на дверь, на часы и немного успокоился. Я подумала, что мой несовершенный португальский язык, вернее, испанский с потугами на португальский, непонятен ему, и хотела уже повторить на английском. Но, видимо, время встречи уже прошло, и это его успокоило.