Всего за 500 руб. Купить полную версию
Зибер аккуратно посещал лекции, сидя на первой парте, а потом сверял литографированные лекции с преподавателем. Бывший профессор рисует своего ученика как идеалиста и трепетного служителя науки, как пуританина и «немца» в плане дисциплины и ответственности, подмечает также его нервозность и болезненность.
Зибер достаточно быстро начал печататься и заслужил научный авторитет (Зибер, 1869). В число ведущих представителей политической экономии Зибера вывела публикация диссертации (Зибер, 1871). Он сразу стал последователем классической школы в политической экономии, прежде всего Рикардо, умело вписывая в эту традицию и учение К. Маркса.
Киевский университет сформировал Зибера как ученого. В университете он стал выступать от лица науки благодаря как учителям, так и своему строгому подходу и четкой проработке теории ценности и капитала. Его авторитет был усилен благосклонным отзывом Маркса, он быстро прошел ступени иерархии, достигнув профессорской должности. Университет занимал существенное место в науке и политике, пребывание в нем означало вовлечение на ранних этапах в кружки и самоуправляемое движение студентов, включение в атмосферу свободолюбивого студенчества. Период жизни Зибера, связанный с университетом, это и период формирования контактов, которые он пронесет через всю жизнь. В определенной степени с университетом связан и другой важный контекст формирования и развития ученого заграничная командировка.
Активно посылать учиться за границу стали еще при Петре I, этот способ образования предшествовал школам и университетам (Владимирский-Буданов, 1874, с. 254256). В университетах лучшим выпускникам предоставляли возможность послушать лекции в Европе и подготовить диссертацию. В 18601870-е гг. заграничные командировки стали главным механизмом подготовки профессорского состава (Masoero, 1995). Командировка означала прохождение определенного отбора. Она сопутствовала завершению формирования научных интересов, предполагала интенсивные контакты и встречу с западным миром, его культурой как интеллектуальной, так и в самом широком понимании, выстраивание отношений с русским миром за рубежом.
В 18721873 гг. Зибер получил возможность продолжить научные изыскания за границей[11]. В инструкции профессора Бунге видно, что география и тематика научных занятий предполагались широкие. Он советовал посетить Лейпциг, Берлин, Вену, Брюссель, Париж, Лондон, Копенгаген и по возможности Соединенные Штаты с целью ознакомиться с современной политической экономией, статистикой и учреждениями промышленности[12]. В 1870-е гг. в заграничную командировку наряду с Зибером уехали Чупров, Янжул, А. Посников, позже В. Гольцев, Н. Каблуков, И. Исаев, Н. Карышев.
Письма в адрес Министерства народного просвещения об отправке содержания Зибер пишет из Гейдельберга, Цюриха, Лейпцига, Флоренции, Парижа. Из опубликованного отчета видно, что основное время и внимание Зибер уделяет Швейцарии и Германии; первое время проводит в Гейдельберге и Цюрихе (Зибер, 1873). В командировке долгие и прочные отношения стали связывать Зибера с людьми науки Чупровым, Подолинским, Янжулом, М. Ковалевским (18511916). В это же время Зибер активно участвует в работе, связанной с подпольем, борьбой, выпуском периодических изданий. У него завязываются отношения и переписка с В. Смирновым (18491900), Р. Идельсон (18481915), П. Лавровым (18231901), Н. Кулябко-Корецким (18461931).
В Лейпциге Зибер и Чупров слушают вместе лекции В. Рошера. Это начало долгой дружбы: в течение жизни они неизменно поддерживают друг друга. Зибер передает Чупрову права на ведение дел с К. Солдатенковым по изданию «Очерков первобытной экономической культуры» (Зибер, 1883). После вынужденного возвращения в Россию из-за болезни в 1884 г. их переписка продолжается. После смерти Зибера его сестра Софья советуется с Чупровым как с самым близким человеком относительно публикаций и сохранения наследия Зибера, выпуска его книг и статей. Чупров пишет короткий некролог, исполненный нежных чувств: «Жизнь этого неутомимого труженика прошла недаром. А те, кто вспомнит его глубокий аналитический ум, детски чистое сердце, идеальную доброту, безукоризненную честность не только поступков, но и сокровеннейших помышлений покойного, те не могут не прибавить еще нескольких лишних черт к его симпатичному образу» (Чупров, 2009, с. 325).
Через Чупрова с Зибером подружился и Янжул, который в воспоминаниях писал, что познакомился и «весьма сблизился» с ним в Лейпциге, где слушал курсы Рошера и Г. Кнаппа (Янжул, 1910, с. 83)[13]. Янжул написал статью о Зибере в Энциклопедии Брокгауза и Ефрона.