Всего за 399 руб. Купить полную версию
Итак, рынок это среда, которая даёт полную свободу проявить себя при безграничных возможностях и безграничном риске. И если туда попадет игрок, который позабудет об этих психологических условиях (то есть он будет действовать, исходя из понятий, что над ним кто-то стоит, его в чем-то ограничивают и от него чего-то ждут), то перед вами будущий банкрот и пациент психотерапевта.
Из этого мрачного заключения становится ясно, почему лишь считанные трейдеры делают деньги. По сути, почти все, кто берется за рыночную торговлю, вообще недооценивают трудности, а потому, естественно, переоценивают свои силы в достижении поставленных заоблачных целей. В результате почти все, кто торгует, наносят себе психологическую травму той или иной степени тяжести. Под психологической травмой я понимаю любую опорную систему понятий, которая способна вызвать чувство страха.
Человеку бывает страшно из-за какого-либо представления о жизни, которое может заставить его страдать физически или морально, как например, при стрессе, беспокойстве, растерянности, разочаровании или вероломстве. Болезненные переживания возникают в основном тогда, когда что-то не сбылось. Человек начинает мучиться, ибо его понятия о том, как должно быть, разошлись с тем, что есть на самом деле. Этот внутренний разлад проявляется в эмоциях, в болезненных состояниях, которые обычно называются стрессом, беспокойством, растерянностью и так далее.
Судя по всему, люди инстинктивно стремятся уйти от таких переживаний: они создают внутреннюю защиту от внешней информации, при внедрении которой вскрылся бы тот или иной разлад. Человек защищается тем, что отрицает, оправдывает или истолковывает нечто по-своему; но в любом случае он искажает факты.
Как происходит искажение восприятия? Через его образ мышления, который автоматически передергивает информацию извне, подправляя или вообще опуская определенные факты, чтобы сгладить столкновение между желаемым и действительным. Подтасовка делается так, что в результате человек начинает верить в мир и согласие, которые, якобы, царят между ним и окружающим миром. (Под миром и согласием я имею в виду совпадение того, как человек представляет себе нечто, и того, что есть на самом деле.) Итак, в результате никаких переживаний.
Ну, а если человек передергивает рыночные данные то, что тогда? Тогда «его» рынок это одно, а сам рынок нечто другое. Более того, он не просто строит иллюзии, но и тешит себя ими, причем тем больше, чем больше ему надо избежать возможного разочарования. Так трейдер сам готовит в себе почву для последующего так называемого вынужденного осознания. Понятно, что если рынок ведет себя не так, как вздумалось считать трейдеру (ведь происходящее там вряд ли во многом оправдает его надежды и запросы), то в чем-то придется уступить. Подтасовка фактов будет продолжаться до тех пор, пока разрыв между внушенным себе и отличной от него истиной достигнет предела: тогда внутренняя защита (иллюзии) рухнет. В этот момент человек обычно бывает потрясен и порою даже обескуражен: как же, мол, все так разом и так сильно сошло на нет?
В этой ситуации рынок, можно сказать, тычет трейдера носом в его иллюзии мира и согласия": так происходит болезненное вынужденное осознание. Из-за своего одинакового воспитания все мы стремимся управлять ходом рыночных событий, ожидая, что как его мы себе представляем, таким он и будет, и попробуйте нас переубедить. На каком-то этапе рыночной карьеры вам придется уяснить для себя это. Вот когда понадобится наука гибко мыслить, то есть настолько, чтобы посмотреть на ситуацию под другим углом: нет ли иных вариантов или возможностей? Вряд ли вы сумеете управлять рынком, но в ваших силах управлять тем, как вы его воспринимаете: тогда вы будете судить гораздо объективнее, а значит, добьетесь большего «мира и согласия».
При всей своей болезненности вынужденное осознание вряд ли удержит вас от соблазнов, которые сулит рынок. Одна боль будет накладываться на другую, и в сумме они очень плохо скажутся на вас психологически. Ведь когда рынок раз за разом вынуждает осознать то, чего не хотелось бы, то в итоге он воспринимается как источник неприятностей, от которого надо держаться подальше: где уж тут ловить выгодные моменты! Страх проиграть, ошибиться, упустить шанс вот что станет главным в решении торговать или нет.
Когда решение взяться или не взяться за что-либо принимается со страхом, то возникает сразу несколько серьезных проблем. Во-первых, сужается круг выискиваемых выгодных моментов: ведь начинаешь смотреть в одну точку на предмет страха. Тогда вся прочая рыночная информация остается побоку: на заметку берется лишь то, что фактически подтверждает самые большие опасения. Страх будет методично исключать из оценки рыночную информацию, которая показала бы, что есть и другие возможности и варианты.