Всего за 160 руб. Купить полную версию
Тебе честно?
Желательно.
Максим вздохнул и, стараясь не смотреть в глаза друга, пожал плечами.
Не знаю, просто накатило что-то Правда не знаю.
Блин! Малышев впечатал себе ладонь в лицо и, проведя ею вниз, проворчал: Мужику сорок с хвостиком лет, прошел огни воды и медные трубы, но глянь, до сих пор у него «накатывает». Сам-то себя слышишь?
Крамов поморщился.
Саш, заканчивай, самому тошно, да и поплатился за глупость, до сих пор все болит, он снова поправил съехавшую с плеча перевязь. Лучше скажи, как у нас там дела?
Дела? Малышев отвернулся, сложив руки на фальшборт и несколько минут молчал, смотря на бегущую внизу воду, затем вздохнул и вновь повернулся к Максиму. А какие у нас могут быть дела? Плывем вот. Хотя, вру, есть одна новость.
Так и знал, что ты не просто так пришел.
Крамов сжал зубы и, оттолкнувшись здоровой рукой от палубы, вскочил на ноги, невольно поморщившись от взорвавшейся в боку поганой «бомобчки» неожиданной боли. Секунду стоял неподвижно, прислушиваясь к внутренним ощущениям, затем удовлетворенно кивнул и подошел к внимательно смотревшему за ним Малышеву.
Пару дней и буду в норме, сказал он, становясь рядом и с улыбкой подмигивая сидевшей в позе лотоса Киме, которая при первом его движении сразу же приоткрыла глаза, проводила его «сонно-прищуренным» взглядом, улыбнулась в ответ и вновь закрыла их, впав в неподвижное состояние, которое сама она называла «режимом простоя». Ну так что там за новость?
Да как тебе сказать, Малышев провел растопыренной пятерней по растрепанным встречным ветром отросшим волосам, зачесывая их назад. Вчера, пока ты валялся в отключке, мы с профессором ходили посмотреть на твоего зверя.
И?
Не зверь это, точнее не просто зверь Киборг это, ну или нечто подобное: сверху живая плоть, усиленная подкожной броней, какие-то импланты, сервоприводы. Правда покопаться в трупе нам долго не дали. Оказывается, по местным законам таких существ вскрывать запрещено и их трупы подлежат немедленному сожжению, однако для нас тарцер сделал исключение и пока солдаты готовили кострище В общем, полчаса у нас было.
Понятно, Максим проводил задумчивым взглядом проплывающий мимо «островок» из сухих веток, листьев, водорослей и вздувшегося трупика какого-то небольшого животного, по которому ползали крупные серебристые мухи и, не поворачивая головы, спросил: Выяснили, что эта тварь там делала?
Малышев отрицательно мотнул головой.
Нет. Есть подозрение, что что-то охраняла, но вот что? Мы с Марком и твоей ушастой на несколько раз прочесали развалины мельницы пусто. К тому же не понятно зачем было убивать беженцев, ведь это только внимание привлекло.
Может в программе прописан определенный сектор охранения и все, кто в него попадает подлежат уничтожению, предположил Максим.
Как вариант, согласился Александр. А может просто у этой химеры что-то в мозгах перемкнуло, или действительно просто жрать хотела, ведь это наполовину живое существо и кушать ему хоть иногда, но надо.
Леры, простите, что отвлекаю, но мы подходим к месту вашей высадки, прервал их разговор, появившийся наверху надстройки капитан баржи. Времени у нас немного, так что прошу приготовится к высадке заранее.
И где будем высаживаться!? поинтересовался Малышев, кивком головы указывая на медленно проплывающий за бортом практически отвесный берег.
Да прямо там, капитан махнул рукой куда-то за спину.
Максим с Александром дружно повернули головы в указанном направлении.
Впереди по курсу река неожиданно делала крутой поворот, образуя в месте изгиба каменистую отмель на которой примостился наполовину разрушенный, полузатопленный деревянный пирс. Баржа дала гудок и стала резко сбавлять ход, медленно смещаясь в его сторону. Поднятая ей волна ударила в опорные столбы пирса, заставив часть из них в буквальном смысле заходить ходуном, сбрасывая в воду сгнившие доски настила. Малышев с Крамовым переглянулись.
Капитан, а вы уверены, что высаживаться на эту развалюху хорошая идея! крикнул Сашка. Он под нами не того.
Так сейчас и проверите, с усмешкой ответил ему тот и, гаркнув что-то непонятное засуетившимся у борта матросам, добавил: Готовьтесь, подходим.
***
Аска Крала стояла у встроенного в стену огромного зеркала, критическим взором разглядывая отражающееся в нем тощее мускулистое тело с узкой талией и небольшими холмиками грудей, которые были даже меньше чем у матери. Эта мысль скользнула и растаяла, оставив лишь легкую нотку грусти по давно оплаканной потере.