Всего за 299 руб. Купить полную версию
Акх «рыжий» сфокусировал взгляд на мне и удивленно выдохнул. Блин, да он, похоже, меня даже не заметил. Вот это залп наповал! Впрочем, ситуацию надо было срочно разруливать. Вот еще драки в ресторане мне не хватало Я повернулся к Аленке и, извиняюще улыбнувшись, выдал по-английски:
Sorry, this is my classmate, and he had a little too much alcohol![1]
Моя любовь на мгновение удивленно округлила глаза, но тут же сориентировалась:
Oh, it's okay, I understand,[2] заниматься английским с репетитором она начала вместе со мной, так что сейчас отставала от меня в этом не очень сильно. Несмотря на то, что я вроде как уже четыре месяца обучался языкам в профильном высшем учебном заведении. Все-таки индивидуальные занятия куда эффективнее групповых нет возможности сачкануть, спрятавшись за спины товарищей
«Рыжий» побледнел и придушенно выдавил:
Иностранка
А я добавил ему паники, прошипев:
Вали отсюда быстрее, урод! Если, не дай бог, сорвешь операцию
Через три вдоха они исчезли, причем не только от нашего столика, но и из ресторана. Мы с любимой переглянулись и-и-и нет, не расхохотались, а тихонько захихикали. В голос мы ржали после, когда вернулись домой
Аленка уехала от меня в субботу, двенадцатого января. После того как я занес в ее купе чемодан с обновками, мы долго стояли на перроне обнявшись, и только когда поезд уже тронулся, она оторвалась от меня и взлетела на ступеньки, откуда потом еще долго махала мне ладошкой, одетой в вязаную варежку. А из ее глаз потоком текли слезы. Впрочем, я и сам нет, ничего
Подготовка к участию в марафоне началась с конфликта с назначенным мне тренером. Он яростно пытался заставить меня сесть на «поддерживающую терапию», заявляя, что те таблетки и препараты, которые он мне предлагает, это вовсе не допинг, а всего лишь «безвредные витамины». Но я категорически отказался все это пить. После чего он заявил, что в таком случае вынужден будет немедленно доложить «наверх» о том, что я нарушаю дисциплину и категорически отказываюсь следовать программе тренировок. И он не сомневается, что в таком случае меня немедленно отстранят от поездки. Ха, он думал этим меня напугать!
Знаете, а я в нее и не рвусь, с милой улыбкой сообщил я ему. Более того, если вам удастся сделать так, чтобы я не поехал в Париж буду вам очень благодарен, после чего моя улыбка превратилась в оскал. А вот если меня таки все равно заставят туда отправиться, а вы не перестанете приставать ко мне со всей этой химией я категорически откажусь тренироваться с вами. Понятно?
После этих слов тренер, суровый сорокалетний мужик, несколько мгновений яростно сверлил меня взглядом, а потом как-то резко успокоился и, пробурчав: «Ну как знаешь» махнул рукой в сторону старта.
А еще я записался в группу французского языка. До сего момента профильными у меня были английский и немецкий, но раз уж мне предстояло ехать в Париж Кстати, в рамках языковой тренировки я снова перевел свою любимую песню «Вспомните, ребята!», но уже на французский язык. Наша преподавательница французского, правя мой перевод, изрядно ржала, но потом даже вызвалась поработать со мной над произношением. Потому что у меня был, как она сказала, просто ужаснейший акцент.
Взаимоотношения с группой после той встречи с «рыжим» в ресторане также кардинально поменялись. Нет, я не изображал из себя никакого «тайного агента», наоборот, все отрицал, говорил, что даже не упоминал ни о каком «задании», что «рыжему» и остальным все послышалось, демонстративно смеялся над «дурацкой конспирологией», умудрившись запустить это словосочетание в широкий обиход. Короче делал все, чтобы мне точно не поверили Ну мне и не поверили. И в этом мне, кстати, очень помогли две наши одногруппницы, которые были с «рыжим» в тот вечер. Ведь недаром говорится, что женщины на самом деле вполне могут хранить секреты, просто надо помнить, что это тяжелая работа и потому справиться с ней они могут только все вместе Кем уж там меня теперь считали в группе я не в курсе, но, слава богу, провокации со стороны одногруппниц и девчонок из соседних групп вследствие этого почти сошли на нет. Так что после того происшествия мне стало чуточку полегче. Да и благодаря росту тренировочной нагрузки (а она возросла заметно, потому что теперь дистанция в двадцать километров за день стала для меня стандартной) я стал уставать куда больше. То есть у меня появились, так сказать, мои личные колокольня и дровокольня. Ну как в пока еще не снятой здесь милой итальянской комедии «Укрощение строптивого». Слава богу, что где-то с восьмого класса мне начало хватать, чтобы высыпаться, часов пять, максимум шесть сна. Уж не знаю почему. Возможно, из-за энергии. Теперь я ощущал ее почти постоянно. Хотя в спокойном состоянии едва-едва. А вот при нагрузках она начинала ощущаться куда явственнее Так что времени на все хватало. Поэтому до момента приезда Аленки на весенние каникулы я дожил вполне себе спокойно.