Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Время начинает движение с каплей крови.
Тонкими, живыми искрами с кровью проникает душа и воля в волны несуществующего океана. Тонкими, красными прожилками рождается жизнь. Кости собираются в скелет, он обрастает плотью, сила рождается в сердце. Вот он я еще не существующий, но уже живой. Пока только образ, но уже готовый защищать.
Пока только образ, но уже понимающий и видящий.
Кровь искрами окружает меня, кровь зовет, кровь дает жизнь. Слишком много жизни для простого существа.
Слишком много чужого дыхания в глине. Корка стягивает, не дает пошевелится.
и нет больше безграничного чувства свободы.
и нет понимания, и нет знания окружающего мира и мира проявленного
и нет сил пошевелиться
Я скован в крепкую корку глины
острое лезвие рассекает кожу, капли крови разбивают камень.
Тепло огня, время и воздух.
Время проснутся. Я открываю глаза.
Ну, защищай теперь говорит создавший меня, и падает.
А я смотрю на мир живым, настоящим взглядом. Кто я? Откуда я пришел? Зачем я здесь? За мгновения все, что я знал до этого, оказалось стертым. Я помню, я знал все об этом мире. Я помню но уже не знаю.
Не знаю, но узнаю с каждым вздохом чувствую реальный мир. Запахи, тепло, сырость. Человек на полу. Седой старик, который отдал все силы, чтоб сотворить чудо из глины. Меня.
Мой звонкий голос гулко отражается от стен и потолка, и я слышу шаги. Хорошо, моего создателя спасут. Я его спасу. И не только его.
Ведь это мое предназначение защищать. Моя задача найти тех, кто угрожает создателю. Моя задача чтоб другие создатели жили.
***
Лежа в кровати, куда меня отнес Ян, я чувствовал рядом сопение: то пес дышал мне в руку. Я знал, что срок вышел, ибо я отдал больше, чем имел, и остались теперь считанные дни. Но я был рад. Никто и никогда не сможет причинить вред моей семье. И не только семье. Я справился, создал охранника, оборотня-демона, который будет верен тому, в ком есть моя кровь. И тому, кто умеет творить с помощью крови. Он защитит Гончаров, защитит наши семьи. А после моей смерти найдет всех, кто носит погоны, и
Пап, зачем ты зачаровал собаку? спросил у меня Ян, зажигая свечу.
Не знаю пробормотал я. Действительно, зачем? Я мог наложить те же чары на предмет, даже высвобождение демона. Так мы в свое время зачаровывали медные лампы. Сложно, одноразово, но без таких жертв.
Не знаю. Может, мне хотелось доказать, что не только проклятый бог синих умеет создавать живое из глины? А может, в этой стране, среди людей с промытыми мозгами, мне просто хотелось создать друга, пусть даже ценой собственной крови?
Я закрыл глаза. А когда открыл их, вместо маленькой собачонки на моей кровати лежал огромный черный пес. Он радостно тявкнул, когда я проснулся и позвал гулять.
Я настоящий я, а не столетняя развалина, пошел с ним, а он привел меня к реке, и там меня ждала лодка
Может, на другом берегу я буду счастлив?
Левский и Вааль
Мастер бабочек
Чего стоит капля твоей крови?
Чего стоит удар твоего сердца?
Чего стоит день твоей жизни?
Звучит высокопарно, согласитесь? А ведь это пыль в глаза. Возвышенные утверждения, но.... никто точно не знал, сколько дней жизни уходит на обжиг. За что-то простое можно было сказать с точностью в несколько дней: три-пять или там неделя. Если ваять что-то грандиозное, то могли уйти месяцы и годы, и там уже никто не считал дни.
И нет прямой связи между тем, сколько крови ты прольешь в глину, и тем, что ты получишь в итоге. Можно вскрыть себе вены, развести глину кровью вместо воды и остаться ни с чем. Если знать, что делать, то хватит и капли. Шуточка про удар сердца самая глупая. При погружении время не соответствует реальному и часто бывает, что мастер пропадает в экстазе творца менее чем один удар сердца. Но также может и провести час, два, три вне этой реальности. Зависит это только от стиля мастера и того, что он создает.
А жизнь у всех одинаково стоит, хоть у меня, хоть у бездомного у ворот, хоть у главы Гильдии.
Я стоял у двери Гильдии и грустно смотрел на этот высокопарный пафос. Он был выбит неизвестным мне умельцем на тяжелых дверях, созданных им же без ручек и замков. Двери охранял каменный пес скульптура в память первого фамильяра-керамика, который помог выиграть войну много лет назад. Маленькая собачка, по легендам и байкам, могла ожить в случае угрозы Гильдии. Но за последние восемь десятков лет после освобождения Каива так и не ожила. Хотя были нападения синих по границам, был горящий Фарион. Сдается мне, это лишь дань памяти мастера, освободившего Чемган ценой жизни. Имя его забыли то ли из-за небрежности, то ли от того, что много людей попало под управление разумом и вообще забыли про Гончаров и Магию. Так что Гильдию отстраивали с пустой площади, и умения тоже собирали по кирпичику. Снова.