Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
Советский энциклопедический словарь определяет сленг как «речь профессионально обособленной группы в противоположность литературному языку» и «вариант разговорной речи, не совпадающий с нормой литературного языка»27. Однако такое определение отождествляет сленг с профессиональным языком и не дает понимания того, чем же сленг в таком случае отличается от терминологии и в каких отношениях с языком литературным он находится.
Более полное определение этого понятия в российском языкознании дает В. А. Хомяков: «Сленг это относительно устойчивый для определенного периода, широко употребительный, стилистически маркированный (сниженный) лексический пласт (имена существительные, прилагательные и глаголы, обозначающие бытовые явления, предметы, процессы и признаки), компонент экспрессивного просторечия, входящего в литературный язык, весьма неоднородный по своим истокам, степени приближения к литературному стандарту, обладающий пейоративной экспрессией»28.
В данном определении весьма точно определены такие свойства сленга как характерная лишь для определенного периода устойчивость, просторечная экспрессивность, разнородность происхождения.
Однако, данное определение сленга представляется всё-же достаточно спорным. Не всегда его экспрессия носит только пейоративный, то есть, выражающий негативную оценку кого или чего-либо, характер. Порой сленговые выражения отражают как раз уважительное, одобрительное отношение к объекту. Применительно к военному сленгу, например, трудно найти что-то негативное или ироничное в появившихся в годы Великой Отечественной войны и быстро ставших общеупотребительными сленгизмах «катюша», «ястребок», «бог войны» и т. д. К тому же Хомяков считает сленг частью литературного языка, что также оспаривается многими лингвистами.
Так, в частности, И. В. Арнольд определяет сленг как «лексический слой, находящийся вне пределов литературного языка и обладающий ярко выраженными оценочными, экспрессивными и эмоциональными коннотациями»29.
Однако, как и у В. А. Хомякова, в данном определении обходится стороной такой немаловажный признак сленга, как принадлежность к той или иной профессиональной или социальной среде.
Неопределенность и разнообразие трактовок понятия «сленг» приводит к тому, что многие лингвисты вообще не видят принципиальных различий между сленгом и жаргоном.
Основоположники изучения сленга в англистике (Э. Патридж, И. Р. Гальперин) не допускают существования сленга в качестве отдельной самостоятельной категории, считая его синонимом жаргона, арго или кэнта.
Однако, большинство современных языковедов все-же различают эти понятия.
В отечественной лингвистике термин «жаргон» имеет достаточно четкое толкование и трактуется как некая разновидность языка, социальный диалект, который отличается от общенационального языка особым лексическим составом, фразеологией и т. п. Существенной особенностью жаргона является то, что он используется определенными социальными, профессиональными или иными группами, объединенными общими интересами.
Сленг тоже характеризуется некоторой социальной ограниченностью, но не определенной групповой, а интегрированной: он не имеет четкой социально-профессиональной ориентации, им могут пользоваться представители разного социального и образовательного статуса, разных профессий и т. д. Поэтому можно отметить такую черту сленга, как общеизвестность и широкую употребительность30.
Ряд исследователей разделяют термины «арго», «жаргон» и «сленг» по их функиональному признаку. Так арго характеризуется тем, что создаётся специально с целью языкового обособления. Носителям арго по каким-либо причинам важно, чтобы окружающие люди их не понимали. Так, торговцам-офеням так было проще обсчитывать простоватого мужика, представителям криминального мира важно было сделать свою речь непонятной для служителей закона.
Основная роль жаргона заключается в идентификации человека по признаку «свой чужой»: если ты такой же, как и мы, то ты знаешь и наш язык. На жаргоне говорят люди только своего круга: рокеры на рокерском, компьютерщики на компьютерном, политики на политическом, а учителя на учительском. В жаргонах находят отражение различия между ними, связанные с профессиональной деятельностью, образом жизни, увлечениями, манерой одеваться и т.п., то есть всё, что может включаться в понятие субкультуры того или иного социума.