Всего за 499 руб. Купить полную версию
Сначала, летом 1993 года, ребята из Нью-Йорка провели пару недель в Красногорске с практически ежедневными выездами в Москву. Потом уже сами поехали в Санкт-Петербург. Пока они гостили у нас и жили в семьях, лицеисты общались на английском и впитывали культуру сверстников. Было это на удивление легко детская и подростковая непосредственность стирает многие барьеры, которые потом «прилипают» к нам с возрастом.
Мэллори, квартированная в соседний с нашим подъезд в семью, из которой дети на лето почему-то уехали, проводила вечера у нас в гостях. А у нас жила Моника. Меня тогда все звали Элис, а не Алиса. Так было заведено на уроках иностранных языков переводить имена, к тому же Alice in Wonderland была для меня лучшей альтер эго. А мою сестру Таню, которой тогда было восемь лет, Мэллори звала «Маленький Элис». Еще она сказала, что дома у нее живет кот, которого зовут Толстые Ляжки (Fat Thighs). В общем, ребята изучали русский язык.
В тот визит к нам приехали первые пазлы из 500 фрагментов. Моника почему-то привезла несколько кусков ароматного мыла Irish Spring и несколько банок консервов из тунца. Но самым шикарным подарком для меня стал плеер Sony Walkman! На нем я слушала потом много песен на английском, продвигаясь в изучении языка и любви к музыке. Моника оставила кассету Боба Марли с его самыми известными хитами, а Мэллори помогла записать слова из песни Криса де Бурга Lady in Red. Это сейчас можно в интернете найти текст любой песни на любом языке. А тогда, если что-то нравилось: play stop записала в тетрадку слова play не поняла rewind play.
Последнее воспоминание о том визите: to smoke or not to smoke, that is the question![7] Школьники из Америки были чуть старше, чем мы, лицеисты. Нам было по 1315, а им по 1617 лет, и некоторые из них курили. Я спросила Монику, почему она курит, на что она ответила: «Ты сейчас просто маленькая еще в свои тринадцать, вот доживешь до моих шестнадцати и сама все поймешь». Четко помню, что пообещала себе и внутренне ответила: «А вот не буду я курить даже и в шестнадцать! Что это ты тут за меня прогнозы строишь?» В нашей семье никто не курил, и у меня абсолютно не было к этому тяги, и я до сих пор не курю. Моника была очень милая и дружелюбная, просто дальше мы не стали поддерживать связь. Попробовала сейчас найти ее в интернете, но не удалось.
В октябре того же года мы поехали в свою очередь в штат Нью-Йорк. Это была потрясающая поездка начиная от видов штата с самолета при снижении, с его самой, наверное, красивой осенью на планете. Там растет много кленов и других лиственных деревьев, которые окрашивают «ковер», видимый сверху, всеми оттенками огня, крови и солнца. Autumn in New York[8] законный предмет гордости жителей США, есть даже одноименные песня и художественный фильм.
В ту поездку мы увидели и вкусили множество нового, красивого, интересного. Помимо статуи Свободы и небоскребов, я впервые побывала в Метрополитен-музее. Оттуда и началась моя любовь длиною в жизнь к живописи импрессионистов в целом и Клода Моне в частности. Поговорим еще об искусстве в главе про «Поиск себя».
О визите ребят в Красногорск и нашей первой поездке в США можно написать отдельный сборник новелл. Конечно, поездка произвела на меня огромное впечатление и начала раскрывать мир за пределами России. Из той поездки по сей день со мной одна вещь, которая перешла в разряд семейной реликвии.
Отчетливо помню, как я ее купила. После двух недель в штате Нью-Йорк с принимающими семьями в Вашингтон мы поехали без них. Нас разместили в гостинице в пригороде, и в один из дней выдалось редкое свободное время. Как его занять, если везде надо ехать на автобусе? Влекущую неоновую вывеску со словами «Игрушки это мы» увидел кто-то из окна. Пошли пешком из отеля, без учителей.
После нескольких недель в музеях и у памятников и вдруг возможность посетить ToysRUs, огромный сетевой гипермаркет игрушек. Красногорский «Детский мир», где до этого жили все объекты моего вожделения, в него можно уместить раз десять. Мы заходим туда с друзьями-лицеистами без спешки. Выбор огромный, глаза разбегаются, и задача потратить небольшие, выделенные на сувениры и подарки деньги, которых к этому этапу поездки осталось и того меньше, кажется почти невыполнимой.
Барби с полки говорит: «Я хочу играть с твоей сестрой!» Невиданные доселе фломастеры хором поют: «Порисуй нами!», тыча в бок друга-блокнота, чтобы он подпевал. Глядя на коробку с пазлом, я вижу всю нашу семью за столом воскресным днем. А впереди еще, кажется, тысячи манящих мягких игрушек, таких в России мы и не видывали. Лучше сразу сдаться и пойти обратно с пустыми руками. Но, как выяснилось, Im not a quitter![9] Когда еще выпадет такой шанс? Так и детство закончится. Надо что-то брать!