Всего за 5.99 руб. Купить полную версию
Но тут один из простых воинов Терсит начинает бранить царей.
Терсит единственный негативный персонаж Илиады. И греки, и троянцы, и союзники Трои описываются в поэме уважительно и с почтением. Лишь Терсит удостоен множества негативных эпитетов. «Болтливый», «продолжал безудержно браниться в дерзких по мысли словах, беспорядочных и непристойных» (212213). Он и на вид «безобразнейший», с кривыми ногами, горбом, редкими волосами. Терсит громко обличает Агамемнона, но при этом хвалит Ахиллеса.
Стоит заметить, что Терсит в своей обличительной речи говорит лишь то, что уже было сказано Ахиллесом. Брань Терсита намного сдержаннее, чем ругань лучшего из воинов. Но Ахиллесу такое позволено говорить, потому что он царь. А Терситу запрещено, потому что он простой воин.
Одиссей обрушивается на Терсита с бранью и избивает скипетром. Главная претензия Одиссея «не твоими устами болтать о самих басилеях, их ругать, не тебе обсуждать возвращенье в отчизну» (2, 250251). То есть Одиссея совершенно не заботит, справедливо ли то, что говорит Терсит, так как тот вообще не имеет права говорить в присутствии басилеев. Он простой воин и не может ничего решать. Его доля молчать и выполнять приказы царей.
Терсит заплакал, сел, испугался и замолчал. Воины «смеются от сердца» над болтуном и ругателем. Никто не высказывает ему поддержки. Все его презирают. Народное собрание готово слушать царей.
Окончательно порядок наводит сама Афина. Она принимает образ вестника Агамемнона и велит народу умолкнуть и слушать Одиссея. Тот напоминает грекам о знамении, произошедшем еще до отплытия из Греции. Во время жертвоприношения из-под жертвенника появился темно-красный дракон и сожрал из гнезда на ближайшем дереве восемь птенцов воробьят вместе с их матерью. После этого дракон тут же был Зевсом превращен в камень. Калхас тут же истолковал это знамение: восемь птенцов и их мать означают девять лет осады. Троя будет взята только на десятый год. Греки еще до похода получили такое предсказание.
За Одиссеем слово берет старец Нестор. Он напоминает о знамении, произошедшем в тот день, когда греческие суда достигли берега Трои молния сверкнула справа от кораблей. Нестор объясняет это как знак, предвещающий победу грекам. Он призывает Агамемнона снова возглавить греков и предлагает ему разделить войско на племенные и родовые объединения на фратрии и филы, чтобы посмотреть, какие племена и вожди храбрее, а какие трусливее. Видимо, предполагается, что ранее все греки воевали, не делясь на фратрии и филы. Новая организация войска должна помочь выявить слабые звенья.
Заканчивает Нестор свой совет любопытной фразой: «Также узнаешь, по воле богов не разрушена Троя, или по слабости войск, по незнанью военного дела» (2, 367368). Либо Нестор действительно думает, что не все войны кончаются по воле богов, либо он просто хочет сыграть на самолюбии вождей и племен. Но та вольность, с которой вожди греков могут говорить о воле и вмешательстве богов удивляет: то Агамемнон в обращении к воинам говорит прямо противоположное тому, что видел во сне, то Нестор ставит под сомнение значимость воли богов в исходе крупнейшей в истории войны. Это похоже на безразличие к богам и на отсутствие доверия к ним. Это похоже на нашу поговорку «На Бога надейся, а сам не плошай». Мол, боги где-то очень далеко и до нас им дела нет, нужно строить свою жизнь исходя из принципа, что боги не вмешиваются в нашу жизнь. Очень странные слова в устах Нестора, но, видимо, вполне отражающие понимание мироздания слушателями гомеровских поэм, уверенных, что они живут в новую эпоху, в эпоху, начавшуюся после Троянской войны, в эпоху исчезновения героев, в те времена, когда боги предпочитают не являться людям.
Похожи ли мы на них? Считаем ли мы, что Бог или боги не вмешиваются в нашу жизнь? Верим ли мы в то, что Бог далеко, если вообще есть? Считаем ли мы вообще важным этот вопрос?
Далее речь держит Агамемнон. В этой речи много удивительного. Во-первых, он заявляет, что подлинным виновником их ссоры с Ахиллесом был Зевс: «Но получил я опять огорченье от Зевса Кронида; нас обоих он вверг во вражду и напрасные споры: ссоримся мы с Ахиллесом теперь из-за девы рабыни» (2, 375377). Тут же главнокомандующий говорит о готовности примириться. Далее Агамемнон велит воинам подготовиться к решающей битве. Воины расходятся к кораблям, готовят оружие, варят пищу, чтобы принести жертву богам. Агамемнон с семью старейшинами наиболее уважаемыми царями (Нестор, Идоменей, Аякс, сын Теламона, Аякс, сын Оила, Диомед, Одиссей, Менелай) приносит в жертву Зевсу быка. После жертвоприношения и пира старейшины собирают воинов на битву.