Всего за 349 руб. Купить полную версию
Из тысячи трёхсот лет своей истории тысячу лет Ладога была местом пограничным. Отсюда уходили «за тридевять морей», сюда приходили таинственные и опасные люди «из заморья». Только в Петровскую эпоху эту функцию у Ладоги перехватил Петербург. А в древности Можно не сомневаться, что и Владимир Святой, и Ярослав Мудрый, оба в ходе борьбы за киевский престол вынужденные бежать в Швецию, к варягам, не миновали Ладоги на этом пути. Через Ладогу же и возвращались с варяжскими дружинами.
Упоминается Ладога и в связи с женитьбой князя Ярослава Владимировича, будущего Мудрого, на дочери шведского короля Олафа Ингегерде (в крещении Ирине): жених подарил ей Ладогу как свадебный дар вено. Это уже начало XI века, время, когда Русь мало-помалу становилась христианской. Первые церкви, ещё деревянные, появляются в Ладоге. Где? Точно мы не знаем, но, скорее всего, на тех местах, где позднее были выстроены каменные. Такие места, где молитва возносилась издавна, называют намоленными.
В XII веке Ладога становится важнейшим укреплённым пунктом, прикрывавшим Новгород с севера. В правление князя Мстислава Мономашича и его сына Всеволода здесь строится «град камен» один из первых на Руси[5]; другие крепости древнерусского севера (кроме Изборска) были в это время земляно-деревянными. Сам стольный Новгород был обнесён деревянной стеной, хотя за ней и рядом с ней уже возвышались каменно-кирпичные церкви.
В том самом 1114 году, когда посадник князя Мстислава Павел заложил на мысу у Волхова и Ладожки каменную крепость, приехал сюда из Киева старец Нестор. И более всего был изумлён археологическими находками: теми самыми стеклянными бусинами, которые за триста лет до того изготавливали ладожские мастера. «Пришедшю ми в Ладогу, поведаша ми ладожане, яко зде есть: Егда будет туча велика, находят дети наши глазкы стекляныи, и малы и великыи, провертаны, а другые подле Волхов берут, еже выполоскывает вода, от них же взях боле ста, суть же различь»[6]. То есть более сотни приобрёл Нестор этих «глазков», вымытых дождями из культурного слоя Ладоги, и все они оказались разными по цветам, форме и рисунку.
В 1136 году новгородцы изгнали князя Всеволода, сына Мстислава. Как предполагают историки, он увёл с собой и артель каменщиков. Во всяком случае, в последующие два десятилетия каменные постройки возводятся в Пскове, куда перебрался Всеволод и где он умер. А в Новгородской земле дело каменного строительства берёт в свои руки глава церкви, епископ Нифонт. Примечательно, что затеянное им и продолженное его преемниками строительство разворачивается не в Новгороде, а в Ладоге. Возможно, причина тому некий конфликт между главою «Софийского дома» и мятежными новгородцами, в среде которых, несомненно, ещё буйно цвели языческие обычаи. Так или иначе, над излучиной Волхова во второй половине XII начале XIII века один за другим вырастают храмы: Успения, Георгия Победоносца, Климента Римского, Николая Чудотворца, Иоанна Предтечи. Главный среди них Георгиевский собор, вознёсшийся в самом сердце Ладоги, в крепости. Собор-защитник сохранил великую редкость: фрагменты фресковой росписи XII века.
Георгиевский собор в Старой Ладоге
Крепостные стены над рекой Ладожкой
Крепость вот она, за Ладожкой. Частично сохранившиеся доныне стены и башни построены в конце XV века, когда между Московией и Швецией разыгрывалось очередное кровавое действо тысячелетней войны за Ладожское озеро. Три башни и прясла стен между ними ныне восстановлены (точнее, отстроены заново на сохранившейся нижней части старых стен) в обличье того времени.
Под стенами крепости многометровый культурный слой, в котором даже турист, покопавшись, может найти кусочек древности: обломок старинного горшка, пуговицу, а то и монетку. А на самом краю, над обрывистым берегом, над землей и водой возносится чудный храм. Он похож на ангела, собирающегося взлететь в светлое небо над Волховом.
Пока мы с Торой ходили по крепости, дяденька, лежащий головой в лопухах, очухался и теперь уже, сидя на нашей скамеечке, участвовал в оживлённой беседе в компании одутловатых мужчин. Погода по-прежнему была прекрасна, но где-то на краю неба собиралась гроза. Изредка по дороге, пыля, проезжали легковушки. Надо думать, по этой же дороге так пылили транспортные средства в незапамятные времена.
Барабан и купол Георгиевского собора