Всего за 349 руб. Купить полную версию
У ресторана он проскочил входную дверь и быстро мелькнул мимо окон. Николай сидел на своем месте, накрыв деньги обеими руками. Силов вернулся в ресторан.
Мало, бросил он, садясь за столик. Человек стоит больше
С собой у меня нет, поехали ко мне домой. Я дам, сколько ты скажешь.
К Виктору вернулись уверенность, желание принять мир и не бороться, вернулась жажда легкомысленности, приятной бессмысленности и безответственности. Ему хотелось доиграть свою роль, которую случай назначил ему в этот вечер. И вообще, надо что-то делать самим собой быть противно уже и неинтересно. Пятьдесят лет он только и делал, что был самим собой не всегда это показывал, не всегда и сам себе открывал настоящие чувства, но это и было по-настоящему «самим собой» Силова. Вот от этого Виктор устал, и к этому возвращаться не хотелось ни при каких обстоятельствах. Сейчас же было все совсем другое Силов понимал, что, играя в другую реальность, он действительно может открыть новое и интересное в ней, интересное для самого себя.
Первое устрашающее чувство ушло, давно ушло еще там, сидя на урне. Теперь он хорошо протрезвел и чувствовал себя даже легче и лучше, чем два-три часа назад, когда только вошел в Дом актера и выпил первый глоток коньяка. Потянулся за бокалом маленьким глоточком пригубил коньяк. Коньяк был хороший он медленно стекал по стеклу, оставляя жирные следы, Силов покручивал бокал в руках, рассматривая со всех сторон маслянистые следы.
Не надо И деньги эти забери, потом все отдашь, процедил сквозь зубы киллер-неофит. А где он живет?
Кто?
Мужик твой Адрес и как выглядит есть?
Есть, все есть. Вот он. Николай подсунул Силову смартфон, на экране которого была фотография, какие обычно выставляют в фейсбуке. Парень, полная противоположность Николаю, сидел на фоне какого-то памятника с бокалом вина.
Австрия? Силов достал свой мобильный телефон и сфотографировал этого жизнерадостного человека.
Хрен его знает, наверное. Николай взял телефон и стал искать адрес.
Виктор еще раз посмотрел на будущую жертву, уже на своем телефоне, поелозил пальцем по экрану и поднес трубку к уху, отвернувшись от Николая. Пауза была долгой на том конце никто не отвечал. Собственно, и ответить никто не мог Силов набрал первые пришедшие в голову и в палец цифры, которые даже при тщательном изучении не напоминали номер телефона.
Привет, очень тихо наконец-то произнес кому-то Силов. Бери ручку и пиши
Виктор отодвинул от себя как можно дальше руку с телефоном и повернулся с затихшему рогоносцу:
Адрес
Николай сказал адрес, Силов повторил
Сейчас скину фотографию Вариант В сроков нет, как сможешь Ну, как знаешь Хорошо, я посмотрю сам Пока.
Виктор легко улыбался и смотрел на Николая, как на ребенка, который мило проштрафился. Тот ждал команды или какого-то решения.
Деньги свои забери, и поехали
Куда?
К твоему мужикуТы расплатился?
Давно уже, как пересел к тебе к вам, извините.
Силов отметил это «к вам», его просто распирало от игры, которую он затеял сам для себя. Положив свою тысячу под недопитую бутылку коньяка, игрок и его зритель вышли. Виктор закурил и направился к театру. Николай поплелся за ним. Силов шел героем, он был собран, спокоен и внутренне парил над прежней своей жизнью. У урны, на которой он приходил в себя, притормозил и чему-то улыбнулся своему: «Ни фига себе, куда дошел!»
Театр стоял на островке-пустыре и напоминал своими угрожающими формами на фоне черного неба банно-прачечный комбинат. Ни одного окна не светилось всего лишь мрачный склеп для всех попыток произвести на свет музыку, которой гордится человечество. На театр Силов смотрел без всякого трепета или переживания
Мужчины подошли к нескольким автомобилям, которые пристроились на ночь у театра:
Правый руль, садись с той стороны, Виктор щелкнул сигнализацией фары одобрительно мигнули со всех сторон.
Ты же выпил, Виктор Силов. Николай не решался садиться к пьяному водителю.
А мы медленно поедем и нарушать не будем, садись.
Николай жертвенно сел.
Действительно, ехали не быстро, но уверенно. Район был известен под названием «Живые и мертвые». Еще в советское время там находился один на весь город магазин, где отоваривали по справкам из загса на свадьбу или на похороны.
Силов протрезвел уже давно и теперь вел машину по навигатору, спокойно стряхивая пепел в приоткрытое окно. Ехали молча киллер-шулер был очарован своей игрой, Николай же не мог вымолвить ни одного слова. У группы домов, которые при всем уходе жильцов и зелени вокруг все-таки оставались хрущевками милыми, родными и отвратительными хрущевками, машина остановилась, и Силов выключил все опознавательные знаки. Что делать дальше, он не знал, но заканчивать так просто начатую игру ему не хотелось.