Всего за 176 руб. Купить полную версию
Быть может голове так надо
Хотя бы иногда забыться.
Призрак
Ни тень, ни день,
Брожу я во дворе,
Как будто летний день,
Но ведь не весел.
Внутри, как будто муравей
Избороздил приветы
Средь толщи дней
И прожитых ночей,
Как будто вереницей мучей
Брошу один среди людей,
Незрим, колюч и злополуч,
Ведь мой путь предрешенный звук,
Как эхо о границы будней.
Пустынный и пустой. Один.
Я призрак, средь живых, чужих
И им чужой, покуда жив
Гоняющий жизни мотив.
Лада
Средь сотни лет к тебе приду
И голову я преклоню,
Колено, гордое чело,
Ведь лик твой совершенство едино.
Не смею, как не смел и в предь,
Тебя гневить в уплату дней,
Что были порознь вшиты
В картину жизни и молвы.
Я не хочу пророчить миг,
Когда нам будет не уйти,
Друг друга принимать любя,
Ведь это воля не моя.
То воля есть, но для людей,
Простых, которым дан их век,
Чтобы нести горбачий труд
И жить, пока сердца поют,
А стихнут значит дух сосны
Возьмёт в объятия коры,
Ведь ящик дан телам былым
При жизни мирной суеты.
Но наш путь не простой, прости,
Я не смогу с тобой в тиши
Под звук капели тосковать
О юности и свете дня.
Я не смогу унять огня,
Что гонет прочь резво коня,
Что вновь зовёт в восточный край,
Где турки, врач и сеча.
Мой путь не паханное поле,
Душа не оловянный жгут,
Его не скрутишь, не оформишь,
Венком не оплетет чело.
Как и ручей, что не поймаешь,
Не приручишь, не оболванешь,
Увы, я не смогу среди людей
Любить тебя при свете дней.
Но пред тобой склоняю лик,
Серьезный взгляд, колючесть игл,
Что ранит взор иных очей,
Но твой ласкает без речей.
Ведь для меня ты есть одна,
Лада, отрада, что нужна,
Что средь окопов и кровей
Спасает сердце тысячей сечей.
Вседержатель
Мытарства. Бьют ключи
Моей нетронутой души,
Как будто среди темноты судьбы
Есть я один иль не один?
Кто здесь? Ответь же вседержатель!
Не мучай ты глупца зазря,
Я не провидец, не сказатель,
Глупец, что знает только толк от языка.
Но что есть дело до речей,
Когда рубит с плеча сурово меч?
Какое дело до пера,
Когда загублена душа?
Кем был задуман сей урок?
Суров, мятежен и потворств
Полнится бранный слог
Страниц старинной книги,
И кто я в ней?
Герой или проситель?
Ответь, создатель бытия?
Зачем средь мрака дня и ночи
Средь тысячи бурных течений,
Средь грозных рек и средь мучений
Ты выбрал самое ужасно,
Зачем ты дал среди оков
Одну, но от которой не сбежать,
Зачем ты выдал средь миров
Нам миг, в котором есть покой,
Но разум наше наказание.
Зачем ты наделил нутро
Умением цвести и пахнуть,
Но в тот же миг и разлагаться,
Зачем среди велик основ
Ты породил чреду страданий?
Иль может высший из чудес
Ты враг, чей лик невинно чист,
Но по нутру пронзительно ужасен?
Лёгкость
Среди новостей
И средь бури дней
Я ищу твой след,
Словно луч светлей
Будет вместе с ним,
Как лазурный блеск,
Как звенит капель
И к костру теплей.
Ведь среди страстей,
Дней темных и злых,
Прожигая жизнь
Мы молчим о тех,
Кто сумел стопить
Лед холодных лет,
Тьму былых оков,
Вытрясть, как и плен
Тяжести веков,
Пройденных дорог,
Темных мостовых
И взглядов сырых,
Серебряный мох
Снять с чистой души,
Дать вздохнуть легко
И пойти в двоем
На луг, средь травы
Зеленной густой,
Лёгкостью ветров
Претворить мечты.
Вальс жизни
Горят огни. Играет скрипка.
И в такт танцуют там и тут,
Кружится вальс печальной скрипки,
Виолончель поет в углу.
Но дружен вальс, как будто прежде
Шаг сделан и кружится мир,
Как сила, что других важнее,
Как миг, что для двоих велик.
Движения просты и броски,
Как будто кисть творца на миг
Зависла на картине новой
И замарала чистый лист,
Но он в своей природе крашен,