Всего за 490 руб. Купить полную версию
Привет, сосед. К нему степенно направился Алексей из 22 квартиры. Что, все, вышел из штопора? О странных чудачествах одинокого подполковника знал весь дом, относились с пониманием, сочувствием, а некоторые женщины даже ставили его в пример своим мужьям: вот, посмотрите, выпьет человек и не видно его, и не слышно, матом не ругается, деньги в долг не просит и шлюх не водит.
Здравствуй, Алексей Иванович. Степан крепко пожал руку доктору технических наук, но, однако же, вполсилы, чтобы не причинить неприятных ощущений субтильному соседу.
Что, в спортзал? указал он на сумку, болтавшуюся на плече Степана.
В него. Хочешь составить компанию? Степан, дружески приобняв соседа и подталкивая его, направился к покрытому засохшей грязью «Патриоту».
Благодарю покорно, заулыбался сосед. Как ты, Палыч, можешь и бухать, и одновременно спортом заниматься? Не боишься?
Так не одновременно, я уже три дня ни капли. А ты что, Леха, все еще, что ли?.. Не похоже на тебя. Ты вообще-то хреново выглядишь, завязывай давай помаленьку. Есть на что похмелиться-то?
Да откуда? Я тебя и ждал.
Так что ж не зашел-то? На. Степан сунул Лехе в руку тысячную купюру. Только в меру, братан, и говно не пей.
Машина завелась сразу, легко и плавно тронулась. Зря хают и не любят наши машины. Степану уазик нравился. Он в своей жизни перепробовал разные автомобили, но вот уже три года ездил на «Патриоте» и, как говорится, горя не знал. Все устраивало Степана в машине: и габариты, и экстерьер, и хотя уже появились модификации с 6-ступенчатым автоматом, предпочитал свою, с механической коробкой переключения передач.
Припарковавшись возле спортивного комплекса Главка, Степан, закинув на плечо сумку, не спеша двинулся к горстке людей, стоявших у входа, закурил. Давно собирался бросить курить, да все как-то не получалось.
О, пенсионер, привет. Коллеги добродушно пожимали руку. Давно тебя не видно было, уезжал куда?
Вы что, уже? спросил Степан.
Да, там есть еще, иди разомнись, бассейн, правда, сегодня не работает, только душ и парилка. В тренажерном зале человек пяток, а на ковре вообще никого.
Степан махнул рукой ладно, мне никого и не надо и зашагал к дверям.
Разогревшись полчасика в тренажерном зале, Степан поднялся в «борцовый». Пока он крутил педали и тягал штангу, видимо, в борцовый зал прибыла группа курсантов средней школы МВД из Соснового бора. В небольшом зале под руководством опытного тренера Верещагина курсанты отрабатывали приемы контратаки при нападении двух и более вооруженных людей. В зале было душно, чувствовался запах молодого здорового пота, слышались резкие выкрики и хлесткие шлепки тел о клеенчатые маты. Судя по всему, тренировка началась недавно, а количество курсантов, сидящих вдоль стен и еще не приступавших к тренировке, было приличным. Степан поднял руку, приветствуя Верещагина, и тут же опустил, что должно было означать: ладно, пойду, мне не к спеху, в следующий раз, и направился в парилку.
Удивительная легкость в теле и прилив энергии, полное исчезновение тревожности, еще утром посещавшей его, вот что чувствовал Степан, пружинисто шагая к машине. Он вдруг отчетливо ощутил, что теперь у него стали свободны и утренние, и дневные, и вечерние часы, и будущая жизнь его показалась такой предсказуемой и пресной, что он аж остановился. Сумма пенсии заранее известна, и покрыть уже сложившиеся потребности Степана, явно не сможет. Накопления? На них при таком темпе, к которому привык Степан, можно продержаться год, ну, полтора, а потом? Продать дачу? Ну, тогда уж лучше продать квартиру и жить на даче, ведь жил же он раньше на даче, и ему это даже нравилось. Пусть даже он продаст квартиру за 5 миллионов, но эти деньги ведь тоже когда-то кончатся, а ему еще 48 лет, и умирать он в ближайшие лет десять не собирался точно.
Финансовый вопрос настолько взбудоражил Степана, что он даже решил поинтересоваться у коллег, давно уже ушедших в отставку, как они живут, набрал телефон Сафронова, с которым не виделся уже несколько месяцев, с тех самых пор, когда в последний раз уезжал на Кавказ.
Привет, Мишель, как можно непринужденно прокричал он в трубку.
Вам кого надо? ответил не очень радушный голос.
Михаила Сафронова хотел бы я услышать, уже вполне официально проворчал Степан. Это коллега его, Дорохов.
Хорош коллега, буркнули в ответ. Уж три месяца, как отец умер, и положили трубку.