Анна Цой - Сердца мира. Книга вторая

Анна Цой

Сердца мира. Книга вторая

Пролог

Порыв легкого летнего ветра заставил меня улыбнуться и открыть глаза. Мне было настолько легко, что я не сдержалась и расхохоталась, закружившись на месте. Мир сделал резкий оборот, вынудив приблизиться землю. Я села, поджав под себя ноги, и сорвала яркий цветок. Бутон качнулся в такт ветру, который понёс еле заметную желто-зелёную пыльцу вдаль туда, где простирается целое поле огоньков грамандинов. Огромное пространство, а я в нём словно умная мысль в голове глупца. Вроде и несу в себе пользу, но она здесь совершенно лишняя.

Я поднимаюсь на ноги, ещё раз оглядываю пространство, что меня окружает, но не нахожу абсолютно ничего, кроме огромного синего неба в белой вате облаков и бесконечного поля цветов. Вновь вобрав в легкие чистого тёплого воздуха, я шагнула вперед, улыбнувшись лучику солнца, который ласковой рукой погладил меня по голове, волосам и прыгнул на плечо, после упав к цветам.

Я вскинула взгляд к горизонту и, наконец, заметила её. Кудрявые волосы разметались по спине от ветра, а карие глаза лучились таким же счастьем, как у меня. Мы смотрим друг на друга, замерев в одинаковых позах, словно она копирует меня. Словно я смотрю в зеркало. В ту же секунду она делает шаг в мою сторону, а я продолжаю стоять на месте, буквально окоченев от невероятности происходящего.

Я смотрю на себя со стороны. Она будто мой клон или близнец, только более решительный и резкий.

 Ты Алесса?  спрашиваю я, боясь ответа, который она может дать.

Девушка улыбается шире и приближается ко мне почти вплотную. Я же отшатываюсь и делаю несколько осторожных шагов назад. Будто боюсь, что она попытается навредить или

 Нет, Лесси. Алиса это я,  девушка схватила меня за подбородок худыми бледными пальцами и, приблизив своё лицо к моему, прошептала на ухо,  и я разрешаю тебе жить в моём теле

01

Резкий вдох, и легкие наполняются чистым воздухом. Выдох, и я открываю глаза. А после замираю, не понимая, что происходит.

Всё, что меня окружает, изменилось настолько, что свою комнату я узнала только по расстановке мебели. Я потянула руку вверх, заставляя разлететься в разные стороны сотни пылинок, которые должны быть видны только на солнце. Однако, сейчас, в полумраке утренней зари я замечала каждую из них куда чётче, чем это было обычно.

Я видела каждое волокно на шелковом пододеяльнике и вкрапления опилок в мебели. Но больше всего внимание привлекла моя собственная все ещё задранная вверх рука и без того тонкие пальцы стали заметно длиннее и побелели почти до цвета фарфора. Но напугало меня не это: обычные человеческие ногти потемнели, стали толще и выросли почти на сантиметр. То есть, сейчас я разглядывала собственные когти, как бы жутко это не звучало.

Села я резко, но очень легко и даже не почувствовала головокружения или слабости. Нет мне было настолько легко, что на губах сама собой образовалась улыбка, а я вскочила на ноги прямо на кровати. Затем подпрыгнула и неожиданно плюхнулась на пятую точку, тут же почувствовав боль и вскочив заново.

Мое лицо в момент, когда я общупывала собственное место ниже спины, можно было перерисовывать в книгу рекордов Гиннеса, как самое удивленное. Причём в обоих мирах. Но оно мгновенно преобразилось в «полностью и совсем» охреневшее. Нет, с тем самым местом все было хорошо. Изъян, так сказать, заключался в том, что копчик не заканчивался в привычном для людей месте. Он продолжался длинным около метра, покрытым мелкой синей шёрсткой хвостом.

 Мать моя магиня прошептала я, смотря как из стороны в сторону мечется хвостик с яркой синей кисточкой на конце, пытаясь вырваться из моего захвата.

Ощущения при этом были как бы скромнее выразиться странными. Словно у меня появилась третья нога или, скорее, новая ни на что не похожая конечность, прикосновение к которой провоцирует те самые "волосы дыбом", ну или мурашки по всему телу.

 Я вижу тебе нравится новое тело,  раздался голос справа от находящихся в темноте кресел.

Это самое тело неосознанно выпрямилось как струна, хвост несколько раз нервно ударил по лодыжкам, а уголки губ сами по себе дернулись, показывая клыки. Взгляд мой вперился в темный угол, разглядеть который мне до сих пор не удавалось. Голос говорившего был мне смутно знаком, однако вспомнить его я не смогла.

Спрыгнув с кровати, я метнулась к окну и судорожно распахнула его, запустив первые лучи солнца в тот самый угол. Кресла, столик, камин и присутствующие стали освещены, однако тело успокаиваться не желало, ещё больше почувствовав опасность.