Всего за 568 руб. Купить полную версию
И что это означает? спросил я.
Что сюда привели и других похищенных странных людей и зверей, а не только наших друзей, ответила за Эддисона Эмма. Логово тварей где-то рядом.
Здесь? изумленно огляделся я. По обе стороны улицы протянулись фастфудовские ресторанчики и магазины дешевых сувениров. В этот самый момент мы стояли под неоновой вывеской одной из забегаловок. Я представлял себе это иначе Это место мне виделось более зловещим, что ли.
Что-то вроде подземелья в темном и сыром замке, кивнула Эмма.
Или концентрационный лагерь, окруженный колючей проволокой и охраняемый автоматчиками, поддержал ее я.
В снегах. Как на рисунке Горация.
Возможно, мы еще найдем именно такое место, вмешался Эддисон. Не забывайте: скорее всего, это всего лишь вход в петлю.
На другой стороне улицы туристы фотографировались на фоне одной из канонических красных телефонных будок. Затем они заметили нас и защелкали фотоаппаратами.
Эй! воскликнула Эмма. Нечего нас фотографировать!
На нас уже стали оглядываться. Ведь герои комиксов остались позади, на этой улице мы всем бросались в глаза.
За мной! прошипел Эддисон. Все следы ведут туда.
Мы поспешили за ним.
Если бы тут был Миллард, вздохнул я, он мог бы совершенно незаметно все вокруг исследовать.
А если бы здесь был Гораций, он мог бы вспомнить сон, который бы нам помог, кивнула Эмма.
Или найти нам новую одежду, добавил я.
Если мы не замолчим, я заплачу, пробормотала Эмма.
Мы подошли к пристани. Здесь кипела жизнь. Солнце отражалось от воды узкого заливчика мутной Темзы. Толпы туристов в козырьках, со смешными рюкзаками за плечами сновали между несколькими большими катерами, предлагающими более-менее одинаковые туры по Лондону.
Эддисон остановился.
Их привели сюда, произнес он. Похоже на то, что их посадили на корабль.
Вслед за Эддисоном мы прошли сквозь толпу и остановились у пустого шлюпочного слипа. Твари и в самом деле погрузили наших друзей на какое-то судно, и теперь необходимо было плыть за ними. Но на чем? Мы обошли пристань, высматривая подходящий катер.
Это все не то, ворчала Эмма. Эти лодки слишком большие, и в них слишком много народа. Нам нужна совсем маленькая лодка такая, которой мы сможем управлять сами.
Погоди-ка, произнес Эддисон.
Его морда снова задергалась, и он побежал прочь, уткнувшись носом в деревянный настил. Вслед за ним мы пересекли пристань и по небольшому пандусу, которым туристы совершенно не интересовались, спустились в док, расположенный ниже уровня улицы, практически над самой водой. Здесь не было ни души.
Эддисон остановился и глубоко задумался.
Странные были здесь.
Наши странные? уточнила Эмма.
Он понюхал воздух, покачал головой.
Не наши. Но тут много следов, новых и старых, свежих и слабых. Все смешалось. Это место часто используют.
Док постепенно сужался и исчезал, проглоченный темнотой, под главной пристанью.
Кто его часто использует? спросила Эмма, обеспокоенно всматриваясь в темноту. Я никогда не слышала о входе в петлю, расположенном под доком.
Эддисону нечего было ей ответить, поэтому все, что нам оставалось, это осмотреться. Что мы и сделали, с опаской входя в сумрак. Когда глаза привыкли к темноте, из мрака проступила другая пристань, совершенно непохожая на залитый солнцем дощатый настил у нас над головами. Доски здесь были зелеными и трухлявыми. Местами они окончательно прогнили и провалились. Крысы, рывшиеся в куче жестяных банок, с писком бросились наутек, а затем прыгнули в древнего вида ялик, который покачивался недалеко в темной воде между скользкими, позеленевшими ото мха пилонами.
Что ж, пожала плечами Эмма, в крайнем случае подойдет и это
Но в нем полно крыс! в ужасе возразил Эддисон.
Это ненадолго, пообещала Эмма, и над ее ладонью вспыхнул язычок пламени. Крысы, как правило, не в восторге от моего соседства.
Поскольку вокруг не было никого, кто мог бы помешать, мы подошли к лодке, огибая самые ненадежные доски, и начали отвязывать ее.
ОСТАНОВИТЕСЬ, пророкотал низкий голос из суденышка.
Эмма взвизгнула, Эддисон тявкнул, а я едва не свалился в воду. Мужчина, который сидел в лодке (как можно было его не заметить?!) медленно поднялся, выпрямляясь дюйм за дюймом. Вскоре он огромной горой навис над нами. В нем было не меньше семи футов росту, на массивных плечах был плащ, лицо скрывал темный капюшон.