Едва переставляя онемевшие ноги, я отошел подальше от пролома в стене и повалился на каменный пол, который сейчас показался мне мягче
перины. Фу у у, чуть не сдох. Ничего не скажешь, вляпались. Все племя на охоту за нами вышло, что ли? Хорошо хоть с убежищем повезло: вход
в развалины был только один.
– Арчи, Язва и Петелька на входе. Змейка и Лебеда, проверьте второй этаж. Шутник и Кейн к пролому в полу. – Анджей успел оценить ситуацию и
начал отдавать распоряжения. – Остальные могут отдыхать, вряд ли гоблины сюда днем полезут. У кого что посуше есть – подложите под Леха, я
им сам займусь.
Я подхватил все еще торчавший из пасти лягушки меч и поволок его вместе с тушкой к пролому. Когда то здесь была ведущая в подвал лестница,
но сейчас от нее осталась только куча каменных обломков да полусгнившие перила.
– Знаешь, Шутник, что мне нравится в нашем положении? – Клинок застрял намертво, и я принялся его осторожно расшатывать.
– Что? – Габриель никак не мог отдышаться. Не удивительно при его то животике.
– То, что мы внутри, а гоблины, наоборот, снаружи. – К моему немалому облегчению, меч начал понемногу высвобождаться.
– Да? А ты никогда не слышал историю о мальчике, который спрятался от солнца в тени тролля?
– Это ты к чему?
– А ты принюхайся, – предложил Шутник, который напряженно вглядывался в темень провала, но, похоже, ничего кроме обломков лестницы
разглядеть внизу не мог.
Я и принюхался. Болотная вонь притупила мое обоняние, но исходившее снизу зловоние не почувствовать было невозможно. К горлу моментально
подкатил комок тошноты, и меня чуть не вырвало.
– Воняет так, будто что то большое залезло туда и сдохло, – предположил я, вытащив из лягушачьей пасти меч, и едва успел убрать ногу от
хлынувшей желчи и черной со сгустками крови.
– Ага, или кто то ему там сдохнуть помог. – Шутник отошел от края пролома и уселся у стены. – Видел, что с Лехом?
– Не а, а что? – Я хотел было выкинуть тушку лягушки вниз, но заинтересовался ее шкурой. К моему удивлению, на ощупь она оказалась
достаточно мягкой.
– Да вот такая зверюга ему ногу прокусила, так и волокли его вместе с ней. Зубы разжать не смогли.
– Да ты что? Так и притащили ее сюда? – Я задумался. А ведь как раз мне на сапог хватит. Только шкуру снять надо аккуратней.
– Угу. Кара это нам, – неожиданно заявил Габриель. – За то, что в детстве лягушек через соломинку надували.
– Иди ты, – даже не улыбнулся я.
– Наверху все чисто, крыша, правда, почти везде обвалилась, – доложил вернувшийся со второго этажа Лебеда. Дубрава сразу же отправил его и
Янека в помощь Язве, а Арчи велел двигать к нам.
– Внизу никто не шебуршит? – спросил Арчи, выбирая более менее сухое место рядом с проломом. – Или это вы уже туда нагадить успели?
– Да вроде ничего не слышно, – пробормотал поежившийся Шутник.
Я был полностью занят снятием шкуры и только поэтому не посоветовал Арчи спуститься вниз и проверить самому.
– А кормить нас сегодня будут? – Габриель похлопал себя по животу, туго обтянутому бригандиной. – А то у меня уже в животе бурчит.
– Анджей вроде распорядился насчет кормежки. – Арчи наконец выбрал место и устроился на полу. – Вон, костер уже развели.
– Ах ты! – Нож соскользнул со шкуры и едва не располосовал мне палец. – Да тень с ней, с кормежкой. Скажите лучше, как мы отсюда выбираться
будем?
– Ну, есть два варианта: или гоблины сами уйдут, когда нас караулить надоест, или через них прорываться придется.