Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Андрея отвлёк громкий голос, раздавшийся от Большого места:
Хочу передать сей кубок с вином фряжским в дар славному воинскому начальнику новгородскому Андрею, сыну Ивановичу, в знак своего особого расположения и за большие его ратные заслуги перед Нами! Только вот недавно вернулся он из заморского похода дальнего, где взял крепость наших обидчиков шведов. А до того его люди вместе с союзниками из племени Карелы и Ижоры хорошо проучили набежников, рвавшихся к Ладоге. Здравия тебе, барон русский и Любекский Андрей! Многие лета и славных побед над врагами нашими! и князь прилюдно отпил из золотого в каменьях кубка, передав его затем главному стольнику. Тот бережно, мелкими шашками, неся перед собой сию драгоценную посудину так, чтобы даже ни капли на пол не пролить, подошёл к отмеченному высочайшим княжьим вниманием и осторожно передал её Сотнику в руки.
«Да-а, а тут, пожалуй, ведь где-то около целого литра будет, подумал Андрей. Ну, теперь-то уж точно прощай, разум!» и он, держа обеими руками кубок, начал вливать его содержимое глоток за глотком в себя.
Э-э-эх! Андрей перевернул тяжёлую чашу, и последние капли упали из неё ему прямо в рот! Благодарствую покорно, князь! и Сотник, демонстративно потрясая пустым кубком, сделал поклон Ярославу.
Любо! Любо! раздался громкий хор голосов по всему залу. Добрый воин Сотник, по делам славным его и ему такая честь!
Основная масса гостей совершенно искренне радовалась такому вот прилюдному признанию заслуг Андрея. Но много было и таких, кто сидел сейчас за столами с самыми кислыми лицами и недовольно что-то там про себя ворчал. Ну да ведь всем же не угодишь!
На высоком пиру особо почётным считалось получить кубок с вином или же блюдо с княжьего стола. А если из этого блюда прилюдно ещё отведал и сам князь или же он отпил из этого кубка, то это уже была наивысшая честь!
Неменьшим почётом слыло получить от князя, так сказать, «обед на дом». Это был вообще отдельный ритуал, когда специальные стольники и теремные слуги прибывали в дом к обласканному высшей милостью и приносили с собой всё, что было нужно для обеда. Ну, разумеется, кроме самой мебели.
Государевы слуги торжественно накрывали стол, расставляя на нём всевозможные яства и напитки. После этого старший стольник из особой «княжьей» фляги наливал в кубок вино и с особыми «величальными» словами вручал его хозяину от имени самого князя.
Андрей присел на лавку и закусил только что им выпитое эдаким хорошим ломтём копчёного осетра. В голове начало «пошумливать» гораздо сильнее. «Да-а, такими объёмами я здесь пить хмельное ещё не привык. И где же этого шляхтича с его бравыми ветеранами носит?! Ещё час-другой вот такой вот пьянки и тогда меня самого придётся проветриваться выносить», подумал Сотник, налегая на закуску.
* * *Идите, любезные, идите уже! Будай с Варуном сами подхватили под руки мычащего что-то невразумительно литвина и кивнули теремным служкам на высокое крыльцо. Там вона ещё пара человек под боярский стол свалилась, как бы не затоптали ненароком таких высоких гостей. А этого уж мы сами проветрим, то дружок наш давний, так ведь, Марич?
Шляхтич что-то опять замычал и затряс хмельной головой. Слуги понятливо кивнули, развернулись и побежали к крыльцу.
Ну, всё, работаем!
Варун тихонько, с каким-то хитрым переливом свистнул, и от длинного строения, еле различимого в вечерних сумерках и в дождливом мареве, вынырнуло разом три фигуры в длинных кожаных плащах.
Лучше туда, командир! Кивнул за плечо Родька. Там конюшня стоит безлюдная, мы уже всё в округе возле неё проверили, и освещается она, кстати, чуток двумя светильниками изнутри.
Добро, согласился Варун. Давай, Властиборович, понесли его по-быстрому через двор! А вам, Родька, в оба глаза теперича глядеть, чтобы ни одна душа не прошмыгнула к нам в конюшню! и ветераны потащили «мотающуюся тушку» в строение.
Ванька, тебе там задний вход приглядывать! Калева, мы с тобой здесь, у головного, схоронимся! отдал команду старший пластун, и фигуры Андреевских разведчиков пропали разом, также как и появились, словно их тут только что и не было.
Охолони-ись! прорычал Варун, окуная по самые плечи шляхтича в большую кадушку с водой. Раз, два, три, просчитал он вслух и вытащил хмельного наружу за шкирку. Видишь меня? Видишь? Литвин только мотал головой и что-то такое невразумительное бормотал.