В кафе было несколько женщин, большинство совсем молодые, несколько – чуть старше тридцати. "Не может быть!" – прошептал Данила..
– "Что?!" – я встрепенулся и посмотрел в сторону, куда указывал взгляд Данилы.
Чуть слева от нас за небольшим отдельно стоящим столиком сидела женщина, та, которую мы видели прошлым вечером. "Что вы встали посреди дороги?!
Дайте пройти!" – пронеслось в моей голове. Кристина!
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Мы с Данилой переглянулись. Целую неделю мы искали этой встречи, столько узнали об этой женщине…
И что теперь? Подойти, спросить: "Как дела?"
Да и так ли уж мы много знаем о ней, если до сих пор даже не догадывались, что она беременна?! А может быть, это и не она, просто совпадение…
Мы стояли в нерешительности, не зная, то ли уйти, то ли остаться.
"Э-эх, была не была!" – прошептал Данила и направился к женщине, в которой мы узнали Кристину.
*******
– Кристина, добрый день! – Данила, видимо от нерешительности, пропел эту фразу, словно мальчик из церковного хора.
– Кто вы?! – женщина посмотрела на нас с удивлением и настороженностью. -разве мы знакомы. – И да, и нет, – ответил Данила, чувствуя, что никаких более подходящих объяснений своим действиям ему не найти.
Секунду я раздумывал. Можно, конечно, сказать ей, что мы два товарища (один – что-то вроде российского Ильи Муромца, другой – мексиканский шаман), которым дано задание вселенского значения – спасти нашу цивилизацию от неминуемой гибели. А подошли мы к Кристине, чтобы выяснить содержание Скрижали Завета, которую в ее существе запрятала Тьма.
Исход такого обращения представлялся мне следующим – шесть месяцев в российской психиатрической больнице с диагнозом "шизофреническое расстройство личности", и последующее постановление суда, запрещающее нам когда бы то ни было приближаться к Кристине ближе, чем на два километра. Она слишком серьезная женщина, чтобы поверить во весь этот "бред".
Можно было начать сначала – рассказать все, что случилось с Данилой и со мной, а потом попытаться объяснить Кристине ее роль в происходящем. Но станет ли она нас слушать? Вряд ли. Стало понятно, что надо идти на абордаж, или – все, пропали. В голове пронеслась фраза, произнесенная женщиной в магазине одежды…
– Мы ваши ангелы, Кристина, – сказал я без тени смущения или сомнения.
Повисла долгая пауза, и вдруг Кристина расхохоталась.
– Поняла, это первоапрельская шутка с запозданием на несколько месяцев! Кто вас прислал, интересно мне знать? Ха-ха-ха! Нет, постойте! Тут где-то должна быть скрытая камера! Угадала?!
– Нет, не угадали. Мы ваши ангелы, – повторил я, отдавая должное ее выдержке и чувству юмора.
И снова напряженное молчание. Я вглядывался в ее лицо, пронзительные, одухотворенные глаза в окружении тонких, изогнутых ресниц. Какая она красивая! Нет, у нее не было красоты женщины с глянцевой обложки. Кристина была прекрасна иначе, своим существом.
Во всем ее образе читалась внутренняя сила и одновременно с этим та слабость, которая и делает женщину женщиной.
Кристина производила впечатление абсолютно уверенного в себе человека. Но за всей этой ее броней стояло нечто большее, нечто другое. Ей отчаянно недостает надежного плеча, человека, которому она могла бы доверить свою жизнь. Нет, выше того – нежного человека, которому она могла бы доверить свою жизнь!
Женщины сильны от природы. Природа возложила на них священную обязанность продолжать человеческий род. Но быть сильной через силу – этого от женщины потребовало наше общество. Мы любим говорить – "человек", и теряем главное. Мы забываем о душе и сущности пола. Но именно они, взятые вместе, и составляют подлинную жизнь.
– Ладно, хорошо. И что понадобилось ангелам в этом забытом богом месте? – Кристина вдруг посмотрела на нас серьезно.
– Ангелы приходят, чтобы помогать, – ответил Данила.
– Я произвожу впечатление человека, который нуждается в помощи? – Кристина пронзила нас своим испытывающим взором.
Господи, сколько в ней было достоинства!
– Все люди нуждаются в помощи, – сказал я. – Можно мы присядем к вашему столику?
– Да, можете присесть, – судя по всему, Кристина не особенно обрадовалась моей просьбе. – Только не надо общих фраз. На них жалко и времени, и сил.
– Это не общая фраза, – Данила продолжил мою мысль.
– Вы так полагаете?.. – Кристина внимательно посмотрела на Данилу. – Допустим. Но давайте все-таки конкретно. Я беременна девочкой и не хочу ее рожать. Чем вы можете мне помочь?
– А почему вы не хотите рожать? – удивился Данила.
– Вот, видите! Это все общие слова – "помощь", "все нуждаются в помощи". А когда дело доходит до конкретной проблемы, сразу начинается – "почему?", "зачем?", "с чего вы взяли?", – ее голос стал жестким. – Для меня это проблема. Большая проблема. Вам даже не понять, какая это для меня проблема.
Впервые в жизни я поставлена перед фактом, и ничего не могу с этим сделать. Понимаете, вы, я ничего не могу с этим сделать. Я приговорена. Это как смерть, это неизбежность. Ты вынужден это принять, ты не можешь это контролировать. Тебя словно бы нет, ты словно умер. Все, закончим на этом маскарад. Ангелы…
Сказав это, глядя нам прямо в глаза, ошарашив нас, она встала со своего места и быстрым шагом направилась к выходу. Мы были буквально парализованы. Ни я, ни Данила не смогли среагировать должным образом – что-то сказать или сделать.
Стеклянная дверь кафе жалобно звякнула, джип, припаркованный у входа, взревел, выкатился на проезжую часть и исчез в неизвестном направлении.
Оторопевшие, растерянные, мы остались сидеть в кафе.
Нужно было что-то решать, что-то придумать. Все, что случилось с Кристиной за последнее время, превратило ее в оголенный нерв.
Она так долго ждала, что все эти мужчины ответят ей взаимностью, поймут и оценят ее…
Теперь это произошло, и она ощутила отчаяние.
Всему свое время… И оно упущено.
То, что этим "кавалерам"
нужно было сделать вчера, сегодня уже не имеет никакого смысла.
Они потеряли прекрасную женщину, а мы сейчас, может статься, потеряем Скрижаль Завета.
*******
– Что будем делать? – спросил я у Данилы.
– Анхель, это какой-то тупик, – Данила бормотал себе под нос. – Что мы можем ей сказать? Она переживает самые тяжелые дни в своей жизни. Какое ей дело до спасения мира?! Она бы, скорее, согласилась его погубить…
Кожей я ощущал, как духи темных сил сгрудились рядом и теперь двигаются вокруг нас по все сужающейся спирали. Если мы теряем хотя бы одну Скрижаль, мы теряем все. Даже шесть не окажут своего действия, нужны все семь, только вместе они будут иметь силу. Тьма не случайно рассеяла Скрижали Завета между разными людьми. В этом ее замысел – рассеять и уничтожить.
Сильные, но отчаявшиеся люди – лучшее место для сокрытия тайны Спасения. Они пронесут свою боль с честью. Они ни с кем ею не поделятся. Им не станет легче. Сильный человек постоянно над пропастью, всегда в зоне риска. Его внутренняя сила – это его рок. Если бы он знал Скрижали Завета, то эта сила была бы, верно, его даром. Но сейчас, когда Дух Жизни слабеет день ото дня, этот "дар" – жестокое наказание.
Вдруг Данила поднял голову и прислушался. За соседним столиком, который отделяла от нас небольшая перегородка, шел оживленный разговор. Там сидели мужчина и женщина. Мы не видели их лиц. Но, судя по всему, он давал ей интервью.
– Тогда такой вопрос, – быстро и весело тараторила девушка. – Вот вы написали в своей книге, что внутренняя сила человека – это не награда, не подарок, или как там?.. А бремя. Знаете, это парадоксальная мысль!
– Нет, не бремя. Ответственность, – мужчина отвечал своей собеседнице спокойно и доброжелательно, словно бы разговаривал с ребенком.
– Ну, не бремя. Неважно. Ответственность, – быстро согласилась девушка. – Но почему?
– Каждый из нас один на один со своей жизнью. Как мы ее проживаем – зависит от нас. Но ведь важно еще и кто мы. Кто мы внутри. Понимаете?
Допустим, вы устроены просто и незамысловато. Ваше сознание – лишь калька с общественных представлений, сборник банальностей и расхожих сентенций. В вас нет внутренней силы и нет чувства постоянной борьбы. Что ж, наверное, это неплохо, ведь в этом случае вам гарантирована спокойная и счастливая жизнь. Вы будете плыть по течению, приспосабливаться. И никогда не узнаете, что такое настоящая душевная боль.
Но свою сущность, как и родителей, не выбирают. Может статься, что вы по-настоящему уникальны. Вы вынуждены думать, потому что не можете иначе. Наконец, внутри вас – сила и боль. В такой ситуации ваше счастье превращается в мечту, в мираж, рассеивается на глазах и пропадает. Вы ведь не станете плыть по течению, не сможете бесконечно переступать через себя. Вы будете испытывать потребность делать что-то, что кажется вам важным.
Иными словами, вы неспокойны, вам заказано тихое, безоблачное и непритязательное счастье. Почему? Потому что вы – заложник той силы, которую дала вам Жизнь.
Жизнь выбирает тех, на кого она может положиться. Она выбирает тех, кто сможет вращать Ее колеса. В противном случае, инерция погубит Жизнь, и Она это знает. Среди нас есть те, кто едут в телеге, а есть те, кто эту телегу толкает. Если тебе многое дано, то с тебя многое и спросится. Другой отвечает только за себя, что, впрочем, уже немало, но ты отвечаешь и за других, а это уже тяжелая ноша.
– Очень интересная мысль! – воскликнула девушка забавным, покровительственным тоном.