Всего за 104.9 руб. Купить полную версию
Вот такие дела. Практически весь ХХ век шла урбанизация, люди переезжали из деревень в города и только, то сейчас, в XXI веке, наметился небольшой антипоток, из городов в деревни. Развитие Интернета помогает этому. В этой поездке я посетил уже три разных места, где живут люди, переселившиеся из городов в сельскую местность деятельность их всех связана с Интернетом. Каждый человек может сознательно выбрать место для жизни, выбрать себе любимое дело в этом мире и заниматься им, может окружить себя людьми, которые ему интересны а Интернет помогает это делать. И жизнь Светланы Анатольевны Степановой интересный пример этого! Пожелаем Светлане продолжения чудес, которые случаются в Шелотах, а если из читателей есть керамисты то приезжайте в Шелоты на керамический фестиваль. Он происходит в августе.
Средь полей, лесов, болот постигаем жизнь Шелот!
Мы провели в Шелотах два дня. За это время пешком обошли несколько деревень, составляющих основу Шелот. Два магазина. Сельский музей, где нам показали предметы быта, начиная от сохи и кончая партбилетами и портретами Маркса, Энгельса и Ленина. Музей открывается по договорённости с тётечкой хранительницей старины. Есть в селе автобусная остановка, но автобус уже не приходит. Небольшая спортплощадка. Школа, но сейчас закрытая (карантин + каникулы).
Особо интересной достопримечательностью является полуразрушенный подвесной мост через речку. Тут часть селений отделена от остальных рекой река называется Вага. В центре Шелот есть обычный автодорожный мост, а на окраине другой, пеший, подвесной, который подвесили только в прошлом году.
И вот, весной 2020 года было большое половодье, вода реки поднялась выше этого моста, и он был испорчен. Теперь он стоит наклонившийся, к нему прицепились брёвна и палки, которые принесло половодье, а опоры, за которые мост был прицеплен, треснули. Официально мост использовать нельзя, и чинить тоже официально нельзя, так как с треснувшими опорами он не соответствует. Но и денег на новый мост в селе тоже нет. Теперь гражданам положено ходить несколько километров в обход, а мы всё же перешли по остаткам моста и в ту, и в обратную сторону.
Нам показали и внутренность храма, и его верхнюю часть сводили на кровлю. Храм тоже не в лучшем состоянии как и в опорах моста, в нём образовались трещины. Большое население было в сёлах в прошлые века, когда люди могли ухаживать за такими большими храмами и поддерживать их.
В XIX веке во многих сёлах было по нескольку церквей. Сейчас и население уменьшилось, и религиозность. А вот в мусульманских селениях до сих пор продолжается активная жизнь. Я был в Пензенской области в селе Средняя Елюзань там десять тысяч жителей и одиннадцать действующих мечетей! Все в отличном состоянии, верующие ежедневно посещают их, молятся там, учатся религии и водят детей. В Мордовии есть село Белозерье там три тысячи человек и девять мечетей. Конечно, это уникальные сёла.
Но найти русское село такого размера, где было бы девять действующих церквей, новых или старых, я думаю, довольно трудно. Пока не встречал! Если и есть такое, то где-нибудь на юге, на Кубани, может быть.
На второй день, вечером, в избу Светлана пригласила друзей-товарищей, и все там сидели, пили чай за большим столом, я что-то рассказал о жизни далёких африканских мест. Несколько моих книг осталось в Шелотах. А ночевали мы на деревянной веранде под навесом, в палатках без палаток нас быстро съедали комары. Мошка, комары и другие насекомые чувствуют себя хозяевами Шелот. Их тут очень много. Странно, что учёные России и мира не изобрели какой-нибудь метод массового истребления комаров. Человек истребил мамонтов и сотни других видов животных, а комары вот остались.
Я не являюсь другом кровососущих гадов. Хорошо, что в палатки они не могут пролезть. Заперлись в палатки и улеглись спать. Конечно, непривычно, что так светло ночью. Но ничего, нас ждут ещё более светлые ночи в полярных регионах.
Заперлись в палатки, улеглись спать под звуки «ззззз» миллионов комаров. Хорошо, комарики, отдыхайте до утра!
Трасса на Архангельск
Рано утром 19 июня мы встали, собрали палатки (комары нас ждали всю ночь, хмурые и отсыревшие), попили чай Светлана вывезла нас на машине на трассу. Девушки были так заинтригованы керамическим съездом, что наметили приехать сюда ещё раз, в августе. Я про фестиваль ничего не обещал, хотя тоже интересовался керамикой в детстве: у нас дома даже была муфельная печь, в которой обжигали все глиняные изделия. Мой отец, Виктор Кротов, а также мама, Мария Романушко и другие родственники тоже когда-то лепили. Это были далёкие 1980-е годы. Сейчас уже, в XXI веке, пальцы у всех применяются для другого для компьютеров, но смотрю, в Шелотах ещё живо древнее умение.