Всего за 549 руб. Купить полную версию
Наконец Шарпу представилась возможность незамеченным проскользнуть на задний двор, но любопытство удержало его на месте. С улицы раздались шум и свист, похожий на тот, которым толпа встречает констеблей, если им случается забрести на лондонские окраины, затем ворота распахнулись, и Шарп замер в изумлении.
В воротах стояли английские матросы. Вел их морской капитан в треуголке, синем сюртуке, шелковых бриджах, чулках и туфлях с серебряными пряжками, с тонкой шпагой на боку. Свет фонарей отражался от золотой тесьмы узких эполет. Капитан снял шляпу, обнажив копну светлых волос, улыбнулся и поклонился:
Я имею честь посетить дом Панжита Лахти?
Торговец осторожно кивнул.
Так и есть, отвечал он по-английски.
Морской капитан снова нахлобучил треуголку.
Я пришел за Нана Рао, добродушно заявил он с заметным девонширским акцентом.
Его здесь нет, отвечал Панжит.
Капитан бросил взгляд в сторону веранды:
Значит, передо мной его призрак.
Повторяю, разозлился Панжит, его здесь нет. Он умер!
Капитан улыбнулся.
Меня зовут Чейз, промолвил он учтиво. Капитан военно-морских сил его величества Джоэль Чейз, и я буду премного вам обязан, если Нана Рао выйдет ко мне.
Его тело сгорело, яростно заявил торговец, а пепел покоится в реке. Почему вы ищете его здесь?
Он не мертвее нас с вами, возразил Чейз и сделал знак матросам выступить вперед.
Их была дюжина все в белых парусиновых штанах, красно-белых полосатых рубахах и просмоленных соломенных шляпах с такими же красно-белыми лентами. Волосы матросы завязывали в длинные хвосты. В руках они держали массивные палки, в которых Шарп опознал прутья кабестана. Вел матросов громадный детина, голые предплечья которого покрывали татуировки; за ним следовал чернокожий гигант, словно ветку орешника, сжимая в руке толстую палку.
Нана Рао, продолжил капитан, отказываясь признавать торговца мертвым, вы должны мне, и я пришел забрать долг.
По какому праву вы врываетесь в мой дом? воскликнул Панжит.
Толпа, почти не понимавшая по-английски, взирала на матросов с беспокойством, а телохранители Панжита, численно превосходящие матросов и вооруженные не хуже их, рвались в бой.
Мое право, заявил Чейз гордо, мой пустой кошелек. Он улыбнулся. Вы же не хотите, чтобы я применил силу?
Как угодно, капитан Чейз, отвечал Панжит надменно, но к рассвету вы окажетесь за решеткой.
Скорее в суде, а рядом со мной будет стоять Нана Рао.
Панжит махнул рукой:
Уходите, капитан. Сейчас же!
Как бы не так!
Уходите, или я обращусь к властям!
Чейз обернулся к громадному детине и произнес:
Боцман, Нана Рао тот усатый прохвост в красном шелковом халате. Хватайте его!
Явно обрадовавшись возможности подраться, британские матросы рванулись вперед, но у телохранителей Панжита кулаки чесались не меньше. Соперники сошлись посредине двора, раздался треск палок, черепов и звуки кулачных ударов. Матросы дрались с такой яростью, что поначалу оттеснили телохранителей к ступеням, но последних было куда больше, да и с дубинками они обращались гораздо искуснее. Сначала телохранители орудовали кулаками, затем использовали дубинки как копья. Они били матросов по ногам, и те валились на ступеньки. Последними упали боцман и чернокожий гигант. Они до последнего прикрывали своего капитана, который ловко орудовал кулаками. Как бы то ни было, британцы недооценили соперника и оказались повержены.
Сквозь толпу нищих Шарп протиснулся к ступеням. Толпа улюлюкала, Панжит и Нана Рао смеялись, а просители, ободренные успехом телохранителей, пинали поверженных врагов. Один из победителей нахлобучил на голову матросскую соломенную шляпу, другой треуголку Чейза. Двое молодчиков Панжита заломили капитану руки за спину.
Один из телохранителей рядом с Панжитом заметил маневр Шарпа. Он кинулся вниз по ступенькам, крича, чтобы бродяга убирался вон. Когда нищий в плаще не подчинился, телохранитель решил пнуть его ногой. Шарп схватил смельчака за лодыжку и крутанул в воздухе. Телохранитель спиной грохнулся на лестницу, с треском стукнувшись затылком о верхнюю ступеньку. В суматохе происшествия никто не заметил.
Панжит поднял руку, призывая толпу к молчанию. Плечи Нана Рао сотрясались от хохота. Шарп притаился в кустах сбоку от ступенек.
Телохранители пинками отогнали просителей от окровавленных и покрытых синяками матросов, которые молча наблюдали, как их командира сталкивают вниз со ступеней. Панжит насмешливо покачал головой: