Всего за 9.99 руб. Купить полную версию
За последний месяц нашли останки трех или четырех убитых животных, всех прикончила она, и двое из жертв — жеребята.
— Следует захватить ружье, — прервал его мистер Бейнс. И вытащил из джипа винтовку, словно собирался немедленно отправиться на охоту за большой кошкой.
Дядюшка Джаспер рассмеялся.
— Ты ведь знаешь, что в округе говорят о нас, Джим. Что мы слишком прижимисты, чтобы покупать патроны. Но в действительности нам просто нравится охотиться с луками, это немного уравнивает шансы. Убивать Народ без причины — этого мы не признаем. Во всяком случае — это наш образ жизни…
«Что он имел в виду под словом „народ“? — спросил себя Кори. — Неужели он имеет в виду, что он и Нед охотились на людей? Нет, этого не может быть». Как жаль, что у него не хватает смелости подойти и проверить этот лук. И колчан… Мальчик видел, что лук старый, украшенный узором из бусинок и птичьих перьев, почти такой же, как тот, что висит на ранчо. А колчан окаймлен какой-то грубой, изорванной материей. Да, он видел что-то похожее на рисунке в книге — это же скальпы!
Именно это слово было написано под рисунком в той книге — скальпы! Кори резко отвел взгляд от колчана и уселся рядом с дядюшкой Джаспером на одно полено, определенно решив больше не давать волю воображению,
— Это тебе, сынок. — Мальчику предложили тарелку с копченой грудинкой и бобами, смесь, которую он никогда в обычных обстоятельствах не посчитал бы за завтрак.
— Благодарю вас, сэр. Так вкусно пахнет!
Нед посмотрел на него с удивлением, похожим на то, что выказывал мистер Бейнс.
— А ты никак сын Клиффа Олдера?
— Да, сэр. Папа сейчас во Вьетнаме.
— Это я уже слышал. — Но что-то еще проскользнуло в этой простой констатации факта, что показалось чем-то большим, чем обычный интерес.
— Так все это в новинку для тебя, а? — Нед широко развел руки по сторонам, как бы включая в вопрос и холмы, и начало долины, в которой была построена эта хижина.
Однако прежде, чем Кори успел ответить, с холмов раздался резкий крик, а потом глухо отдалось эхо. Кори не удалось вовремя взять себя в руки и скрыть дрожь и испуганный кивок. А потом мальчик замер, напряженно ожидая, что дядюшка Джаспер или кто-либо другой выскажет замечание о подобной несдержанности.
Но нет, дядюшка Джаспер только поставил свою чашку с кофе и бросил взгляд вверх на склон холма, словно мог видеть, кто или что издало этот крик.
— Изменяющийся раздражен в это утро.
Нед хихикнул.
— Услыхал звон тарелок, вот и начал. Ему не терпится, чтобы мы убрались отсюда и позволили ему побродить в окрестностях.
— Изменяющийся? — переспросил Кори, и стыд за выказанный страх на мгновение сменился любопытством.
И именно дядюшка Джаспер ответил ему, вполне серьезным тоном, словно то, что он говорил, научно доказанный факт:
— Койот… он и есть Изменяющийся. Для нашего племени, нез персе [1] , он в облике этого животного, для других племен он — Ворон. До прихода белых людей здесь жил только наш народ. Но еще раньше, до индейцев, — Древний Народ, животные. Только были они не такими, как в наши дни. Нет, в то время они тоже жили племенами и полноправно распоряжались миром. У них были и охотничьи угодья, и военные тропы, и костры мира.
— Но Изменяющийся… — Нед, взяв табак и бумагу, свернул себе сигарету и, когда дядюшка Джаспер остановился на несколько секунд, чтобы глотнуть кофе, продолжил: — Изменяющийся не любит, чтобы все оставалось по-прежнему, как было. Ему необходимо, чтобы все вокруг постоянно менялось. Кое-кто утверждает, что он сотворил индейцев только потому, что ему захотелось развлечься с каким-нибудь новым видом животных.
— А когда он попробовал сделать в конце концов еще одно изменение, — дядюшка Джаспер продолжал рассказывать легенду, — то получился Великий Дух, который победил его.