Всего за 259 руб. Купить полную версию
Люк, кто такой Айвен? спросила Элизабет, обыскивая глазами комнату. Ты же знаешь, что нельзя приводить домой незнакомых людей, озабоченно добавила она.
Это мой новый друг, ответил он, не отрывая глаз от накаченного борца, теснящего на экране своего соперника.
Ты же знаешь, я настаиваю на том, чтобы знакомиться с твоими друзьями до того, как ты приведешь их в дом. Где он? спросила Элизабет, открывая дверь и входя в детскую. Она надеялась, что этот друг окажется лучше предыдущего маленького разбойника, нарисовавшего портрет своей счастливой семьи несмываемым фломастером прямо на стене, которую после этого пришлось перекрашивать.
Вон там. Не отводя глаз от экрана, Люк кивнул в сторону окна.
Элизабет подошла к окну и выглянула в сад перед домом. Никого не увидев, она сложила руки на груди:
Он что, прячется?
Люк нажал кнопку «Пауза» и наконец оторвал взгляд от борцов на экране. В замешательстве он нахмурился.
Да вот же он! показал он на большую подушку, набитую сухими бобами, около которой Элизабет стояла.
Элизабет уставилась на подушку, удивленно раскрыв глаза:
Где?
Вон там, повторил он.
Прищурившись, Элизабет вопросительно посмотрела на него.
Рядом с тобой, на подушке. От волнения голос Люка стал громче. Он смотрел на желтую вельветовую подушку, как будто приказывая своему другу появиться.
Элизабет проследила за его взглядом.
Ты что, не видишь? Он выронил джойстик и резко встал.
Повисло напряженное молчание, и Элизабет почувствовала, как от Люка исходят волны ненависти. Она понимала, о чем он думает: ну почему она не может увидеть его нового друга, почему не может хотя бы раз подыграть, почему она никогда не может притвориться? Она сглотнула слюну и осмотрела комнату на тот случай, если действительно не заметила гостя. Но никого не было.
Она наклонилась, чтобы быть с Люком на одном уровне, и у нее хрустнули колени.
Кроме нас с тобой, в этой комнате никого нет, тихо прошептала она. Почему-то было легче сказать это шепотом. Легче для нее или для Люка она не знала.
Щеки у Люка вспыхнули, дыхание участилось. Он стоял в центре комнаты в окружении проводов, руки опущены, на лице застыло беспомощное выражение. Сердце Элизабет гулко забилось в груди, и она беззвучно взмолилась: «Пожалуйста, ну пожалуйста, не будь как твоя мать». Она прекрасно знала, куда могут завести человека фантазии.
В конце концов Люк не выдержал и сказал, уставившись в пустоту:
Айвен, скажи ей что-нибудь!
Повисло молчание. Люк смотрел в пустоту, а потом громко засмеялся. Он снова взглянул на Элизабет, и улыбка померкла, когда он понял, что она никак не реагирует.
Ты что, правда не видишь его? нервно взвизгнул он. Потом еще более сердито повторил: Почему ты его не видишь?
Ладно, ладно! Элизабет старалась не паниковать. Она выпрямилась, чтобы вернуться на тот уровень, который был ей подконтролен. Она не видела никакого Айвена, а разум не разрешал ей притворяться. Ей хотелось как можно скорее выйти из комнаты. Она подняла ногу, чтобы переступить через подушку, но передумала и решила ее обойти. Уже находясь в дверях, она в последний раз обвела взглядом комнату в поисках загадочного Айвена. Никого.
Люк пожал плечами, сел на пол и вернулся к своей игре с борцами.
Люк, я ставлю пиццу в духовку.
Молчание. Что она еще должна сказать? В такие моменты она понимала, что даже чтение всех в мире руководств по воспитанию детей ей не поможет. Правильное воспитание идет от сердца, оно должно быть инстинктивным, и уже не в первый раз она огорчилась из-за того, что у нее это не получается.
Будет готово через двадцать минут, неуклюже закончила она.
Что? Люк снова нажал «Паузу» и посмотрел в окно.
Я сказала, будет готово через двад
Да нет, я не тебе, ответил Люк, снова погружаясь в мир видеоигр. Айвен тоже хочет пиццу. Он сказал, что это его любимое блюдо.
А Элизабет беспомощно сглотнула.
С оливками, добавил Люк.
Но, Люк, ты же ненавидишь оливки.
Да, но их любит Айвен. Он говорит, что любит их больше всего.
А
Спасибо, сказал Люк тете, посмотрел на лежащую на полу подушку, улыбнулся, поднял вверх большой палец и снова отвернулся.
Элизабет медленно вышла из детской. Вдруг она поняла, что все еще прижимает к груди телефонную трубку.
Мэри, ты еще тут? Она начала грызть ноготь и, глядя на закрытую дверь детской, пыталась понять, что ей делать теперь.
Я уж подумала, что ты тоже отправилась на луну. И собиралась послать машину к твоему дому, захихикала Мэри.
Мэри приняла ее молчание за обиду и извинилась.
В любом случае ты была права: Сирша действительно собиралась на луну, но, к счастью, решила по дороге остановиться, чтобы заправиться. То есть чтобы заправиться самой. Твою машину нашли на главной улице, где она мешала проезду. Двигатель работал, а водительская дверь была распахнута настежь. Тебе еще повезло, что Пэдди обнаружил ее до того, как кто-нибудь на ней уехал.
Дай угадаю. Машина была брошена рядом с пабом.
Верно. Мэри сделала паузу. Ты хочешь подать заявление?
Элизабет вздохнула:
Нет. Спасибо, Мэри.
Нет проблем. Я договорюсь, чтобы кто-нибудь пригнал машину к тебе домой.