Сорокин Владимир Георгиевич - Вызов к директору

Сорокин Владимир

Владимир Сорокин

До обеденного перерыва оставалось двадцать минут.

Людмила Ивановна убрала кипы замусоленных чертежей в шкаф, справочник и таблицы допусков сунула в ящик стола.

Сидящий напротив Кирюхин, не торопясь, стягивал темно-синие нарукавники. Соня пудрилась, глядя в треснутое зеркало, и что-то напевала.

Отворилась дверь, вошла Сарнецкая:

- Соньк, ну чо ты?

- Иду, иду...

Соня убрала пудреницу, встала.

- Не рановато, девочки? - спросила Людмила Ивановна, комкая ненужные бумаги.

- Людмила Ивановна! - Соня притворно надула губы. - Мы ж зато раньше приходим.

Буркова улыбнулась:

- Ну, идите...

Соня с Сарнецкой вышли.

Кирюхин вытащил из портфеля завернутые в пергамент бутерброды, разложил на столе.

Зазвонил телефон.

Буркова подняла трубку:

- Технологический.

- Карапетяна, пожалста.

- Он в отпуске.

- А... да... забыл...

- Виктор Васильич?

- Да. Это Людмила Ивановна? Вы ведь его замещаете.

- Да, Виктор Васильич.

- Зайдите ко мне, пожалста.

- Хорошо, иду.

- Ага... жду вас... Да, и технологию малого редуктора прихватите...

- Всего?

- Да, желательно.

- Хорошо.

Директор положил трубку.

Людмила Ивановна удивленно пожала плечами:

- Всего... да там три папки по пуду каждая...

Кирюхин жевал бутерброд с колбасой:

- Людмила Ивановна... может помочь вам, а?

- Не надо, доволоку как-нибудь.

- А то давайте... давайте, а?

- Не надо, спасибо.

Она открыла шкаф, нашла три зеленые папки:

- Виктор Сергеич, только пожалуйста в мое отсутствие не уходите. Здесь из Запорожья звонить должны.

- Ну, о чем разговор!

Буркова поправила прическу, одернула жакет и, подхватив папки, вышла в коридор.

Возле открытого окна стояли и курили несколько мужчин. Заметив ее, они повернулись.

- Людмила Ивановна сегодня, как кинозвезда, - смеясь, выпустил дым Соцков.

- Технологам хорошо, - подхватил Зельниченко, - а вот от нас все бабы сбежали!

- А вы кричите на них побольше, - улыбаясь, прошла мимо Людмила Ивановна.

В конце коридора из бухгалтерии выносили стулья и ставили друг на друга.

- Это что за баррикада? - усмехнулась Буркова.

- Ааа... - вяло махнул рукой Гершензон. - Два года обещаниями кормили, теперь привезли и третий день вопят, чего, мол, не берете!

- Мебель?

- Да конешно!

- А чего ж вы не берете?

- А кто возить будет? Я? Да Раиса Яковлевна?!

- Ну, попросите кого-нибудь.

- Кого?

- Господи, неужели так сложно найти мужиков? Вон стоят, курят. Попросите их.

- Попросите вы. Вам не откажут.

- На обратном пути, - улыбнулась Людмила Ивановна. - И с вас шампанское.

- Лады! - засмеялся Гершензон.

Людмила Ивановна свернула, спустилась по небольшой лесенке, миновала малый зал и вошла в директорскую приемную.

Ира печатала, Алевтина Сергеевна включала в розетку штепсель самовара.

- Виктор Васильич у себя?

- Да, Людмила Ивановна, - подняла голову Ира. - Заходите. Он один.

Буркова отворила массивную дверь:

- Можно, Виктор Васильич?

- Проходите, Людмила Ивановна.

Директор ткнул окурок в пепельницу, встал, через стол пожал Бурковой руку:

- Садитесь.

Буркова села напротив, положила пухлые папки на длинный светлый стол. Сергеев сел за свой темного дерева стол, упирающийся в торец длинного, отодвинул в сторону пачку сводок:

- Я ведь совсем забыл, что Мухтарбекович в отпуске.

- Уже три дня.

- Склеротиком становлюсь! - рассмеялся директор и, сощурясь, посмотрел на Буркову. - А вы чудесно выглядите.

- Да что вы, Виктор Васильич.

- И кофточка ненашенская, красивая какая-то...

- Стараемся.

- А что на ней написано... не разгляжу...

- Монте-Карло.

- Ух ты! Шикарно. Неделикатный вопрос: это по блату или напали где?

- Подарили.

- Понятно. Моя дочурка все за такими гоняется...