Всего за 13.68 руб. Купить полную версию
Кошачье мнение о собаке мало что стоит… Но так или иначе, а я лишился обеда, так что это изысканное угощение в этом восхитительном обществе — настоящее наслаждение. Великое дело — иметь хороших соседей.
— А кто живет в доме, окруженном ивами? — спросила Аня. — В том, что в полумиле от нас, вверх по ручью.
— Миссис Мур, — сказал капитан Джим, а затем, словно в запоздалом раздумье, добавил: — И ее муж.
Аня улыбнулась и мысленно представила себя миссис Мур, исходя из того, как капитан Джим сформулировал свой ответ; очевидно, это была вторая миссис Рейчел Линд.
— У вас немного соседей, мистрис Блайт, — продолжил капитан Джим. — На этой стороне гавани домов раз, два — и обчелся. Почти вся земля здесь принадлежит мистеру Хауэрду, и он сдает ее под пастбища. Зато другая сторона густо заселена народом, особенно Мак-Алистерами. Там целая колония Мак-Алистеров — плюнуть негде; как плюнешь, так непременно попадешь в какого-нибудь Мак-Алистера. Я говорил на днях с одним старым французом. Он все лето батрачил на той стороне. «Они там почти все Мак-Алистеры, — говорит. — Там Нийл Мак-Алистер и Сэнди Мак-Алистер, — говорит. — Там Нийл Мак-Алистер и Сэнд Мак-Алистер, и Уильям Мак-Алистер, и Алек Мак-Алистер, и Ангус Мак-Алистер… я думаю, там и дьявол Мак-Алистер».
— Там почти так же много Эллиотов и Крофордов, — заметил доктор Дейв, когда смех утих. — У нас, Гил, на этой стороне есть старая присказка: «От самомнения Эллиотов, гордости Мак-Алистеров и тщеславия Крофордов спаси нас, Господи!»
— А впрочем, среди них полно хороших людей, — сказал капитан Джим. — Я много лет плавал с Уильямом Крофордом, и в том, что касается храбрости, выносливости и честности, этому человеку нет равных. Они, на той стороне гавани, умеют шевелить мозгами. Может быть, именно поэтому наша сторона и склонна дразнить их. Странно — не правда ли? — что люди вроде как обижаются на каждого, кто родился хоть чуточку умнее их.
Доктор Дейв, сорок лет враждовавший с «той стороной», засмеялся, но спорить не стал.
— А кто живет в сверкающем изумрудном доме у дороги, в полумиле отсюда? — спросил Гилберт.
Капитан Джим улыбнулся довольной улыбкой.
— Мисс Корнелия Брайент. Она, вероятно, скоро зайдет к вам в гости, поскольку вы пресвитериане. А если бы вы были методистами, так ноги бы ее тут не было. Корнелия методистов терпеть не может.
— Весьма своеобразная личность, — со смешком заметил доктор Дейв. — Закоренелая мужененавистница!
— Зелен виноград? — поинтересовался Гилберт, смеясь.
— Нет, не зелен виноград, — с серьезным видом ответил капитан Джим. — В молодости у Корнелии был богатый выбор женихов. И даже сейчас ей надо сказать лишь словечко, чтобы увидеть, как все старые вдовцы подскочат от волнения. Но, похоже, она просто родилась с чем-то вроде хронического отвращения к мужчинам и методистам. У нее самый злой язык и самое доброе сердце во всей округе. Где бы ни стряслась беда, эта женщина уже там и делает все, чтобы помочь, как самый нежный друг. Она никогда не скажет худого слова о другой женщине, а если ей нравится клеймить нас, негодяев-мужчин, то, я думаю, наши грубые старые шкуры вполне смогут это выдержать.
— О вас, капитан Джим, она всегда отзывается хорошо, — заметила старая докторша.
— Да, боюсь, что так. Мне это совсем не нравится. От этого у меня такое чувство, будто во мне есть что-то вроде как противоестественное.
Глава 7
Невеста школьного учителя
— А кто была первая невеста, которая приехала в этот дом, капитан Джим? — спросила Аня, когда после ужина они сели вокруг камина.
— Не была ли она действующим лицом в романтической истории, которая, как я слышал, связана с этим домом? — спросил Гилберт. — Помнится, кто-то говорил мне, что вы.